Командир «Стрелы» повернулся к Гончарову:
Старший лейтенант ответил:
Вьюжин повторил машинально:
— Тишина! Кругом тишина!
Лебеденко не выдержал, добавил:
— Да заткнешься ты, наконец, Лебедь?
1.58. Неожиданно станция Вьюжина вновь провибрировала сигналом вызова. Офицеры диверсионно-штурмовой группы переглянулись. Майор ответил:
— Я — Бета. Боевики вырубили прожекторы на крыше!
— Прожекторы? Почему?
— Вот и я хотел бы знать, почему?
— Может, с проводкой что? Замкнуло где-нибудь?
— Если замкнуло, свет во всей школе погас бы, а то вырубились только прожекторы. Плохой признак! Что-то сейчас…
Голубев не договорил. Наверху прогремел взрыв. Стены подвала вздрогнули, посыпалась штукатурка. Офицеры группы вскочили на ноги.
— Доигрались, дождались! Школу рвут!
Прогремел второй, более мощный взрыв, кладка обвалилась внутрь подвала. В коридоре сдетонировали гранаты растяжек и мины «ловушек». И началось обрушение! Рухнули плиты перекрытия в коридоре, гарь с пылью заполнила отсек. Затрещал потолок над спецназовцами. Вьюжин крикнул:
— Всем в коллектор, быстро!
Спецназовцы по одному за считаные секунды выскочили через небольшое отверстие в запыленный коллектор. Последним выскользнул из подвала Вьюжин. Задержись он на секунду, навсегда остался бы под обломками. За ним в коллектор повалил щебень. Лаз забило наглухо, раздавив трубы, отходившие в школу от основной нитки. Вода ринулась в коллектор. И стала уходить влево, видимо, в этом месте находился спуск. «Стреле» же предстояло уходить вправо, до изгибов, в комнату, где раньше обитали бомжи. Они и вышли туда. На офицерах не было лица. Хотя все и так было ясно, но Вьюжин все же вызвал Голубева:
— Бета! Я — Стрела, ответь!
Услышал крик в динамике станции:
— Стрела? Вас не придавило?
— Нет! Успели уйти в коллектор. Что произошло?
— Что, спрашиваешь? Катастрофа! Боевики подорвали школу. Вместе с заложниками и с собой! Сейчас практически ничего не видно, но взрывы были столь мощными, что нет никакого сомнения, они обрушили здание! Вот и предчувствие! Хорошо, хоть вы успели уйти из-под обвала. Детям… но хватит, не могу говорить! Отбой!
Лебеденко ударил автоматом о стену, повернулся к командиру группы. Лицо старшего лейтенанта перекосила гримаса ярости, ищущей выхода:
— Что, майор? Сделали нас духи? Ты представляешь, что сейчас там? — Старший лейтенант поднял вверх указательный палец правой руки. — Представляешь? Груда строительного мусора.
