Какое-то время они молча ели, но каждый думал о деле, о той части головоломки, которая была у него. Сейчас они сведут все воедино и, возможно, станут гораздо ближе к разгадке.
– Говори, Виталий. – Реутов бросил пустую тарелку в корзину, допил пиво и вздохнул: – Надо все-таки стараться есть днем, ребята, недаром Диана так Михалыча тиранит на предмет обеда, питаться нужно регулярно.
– Особенно при нашей работе, ага. – Виктор достал из холодильника банку пива и открыл папку с документами. – Да, ребята, давно у меня не было таких разнообразных и никак между собой не связанных результатов, но я выступлю потом. Мне еще надо подумать.
– Вот вместе и подумаем. Виталий, докладывай.
Семенов открыл свою рабочую папку и разложил на столе фотографии.
– Занятная история. – Взяв одну, он разместил ее в центре стола. – Вот этот парень – Кирилл Митрофанов, двадцать два года, студент Инженерной академии. Был доставлен в больницу поселка Балабино с черепно-мозговой травмой, ушибами разной степени тяжести и обширными ожогами волосистой части головы, спины и ягодиц. Попросту говоря, парня отмудохали, стукнули чем-то по голове, облили бензином и подожгли. И счастье, что преступники бросили его там, не оставшись понаблюдать, как он горит.
– А кто доставил его в больницу? – Виктор рассматривает фотографию худощавого парня с татуировкой на длинной шее. – Значит, там был свидетель?
– Был, но где его искать? – Семенов достал следующую фотографию. – В приемный покой нашего потерпевшего доставила какая-то девица. Причем выволокла его из багажника – медсестра не успела ее толком рассмотреть, было уже темно. Марку машины назвать не может, цвет – предположительно светло-зеленый, единственная особая примета девушки – совершенно белые волосы. Вполне может быть и парик, и краска, так что в данном случае это не примета.
– Ну да. – Виктор рассматривает следующую фотографию. – Что это за руины замка Дракулы?
– А, это интересно. – Семенов открыл какой-то протокол. – После того как Митрофанова перевели в наш Центр экстремальной медицины, он показал положительную динамику, и с ним удалось поговорить. По его словам, он ничего не помнит, но дело в том, что он нагло врет. Он отлично знает, кто с ним все это сотворил и за что, но боится этих людей до уссачки. Давить я на него не стал, он еще очень слаб, Семеныч мне голову бы оторвал… Ну, вы знаете, какой у нас Семеныч, за своих пациентов всегда горой… но мы забрали на экспертизу одежду потерпевшего.