Люба обнаруживает, что её сестра Надя погибла, а после знакомства с соседкой Милой, та стала жертвой покушения. Люба пытается разобраться в связи этих событий, подозревая, что опасность угрожает и ей самой. Между ними возникают вопросы о взаимосвязи преступлений и личной безопасности.
Раздел Chitat.online для книги «Удержаться на краю» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Люба обнаруживает, что её сестра Надя погибла, а после знакомства с соседкой Милой, та стала жертвой покушения. Люба пытается разобраться в связи этих событий, подозревая, что опасность угрожает и ей самой. Между ними возникают вопросы о взаимосвязи преступлений и личной безопасности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алла Полянская Легкое чтение Детективы подборки серии
Люба обнаруживает, что её сестра Надя погибла, а после знакомства с соседкой Милой, та стала жертвой покушения. Люба пытается разобраться в связи этих событий, подозревая, что опасность угрожает и ей самой. Между ними возникают вопросы о взаимосвязи преступлений и личной безопасности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но я ее знаю с шести лет и думаю, что она выкарабкается.
– Ну да. Вместе в школе учились, в одном классе. Мы оба из Торинска.
– И она всегда была такая деловитая?
– Она всегда была такая… самостоятельная очень. – Леонид отпил киселя и ощутил, что в мире все устроено правильно. – Ей с самого начала сильно не повезло – семья многодетная, очень пьющая. У нас была неплохая школа, и эту грязную свору в нее ни за что не приняли бы, но, на нашу беду, они жили практически через забор. Это была притча во языцех – семейство Клемпачей. Фамилия такая, и в каждой параллели всегда имелся свой Клемпач, а иногда и не один, – практически все они были второгодниками. Каждый из них, независимо от пола, был грязный, сопливый, тупой, агрессивный и воняющий помойкой. И все они альбиносы, как и их мать.
– Так у Милы это натуральный цвет?!
– Ну да. – Леонид вздохнул: – Пришлось обрить ей голову наголо перед операцией, хорошо хоть не я этим занимался, она же меня потом прибила бы.
– Надо же. Многодетная семья – это почти всегда отчего-то пьянка, нищета и грязь. И заброшенные дети. Но Мила выглядит нормально.
– Знала бы ты… – Леонид поморщился, вспоминая. – Это реально была грязная вшивая орава, объединенная белобрысыми шевелюрами и звонкой фамилией Клемпач. И все они едва могли читать – были в принципе необучаемы. Их жизненный путь тоже всегда был один и тот же: в десять лет их впервые задерживала милиция, в четырнадцать-шестнадцать уже первая ходка на «малолетку» – никаких условок, учитывая прежние подвиги. Ну а девочки еще и беременели в тринадцать-четырнадцать, увеличивая поголовье Клемпачей в арифметической прогрессии. Сделать с ними ничего было нельзя, их мамаша – горластая и тощая Тамарка, – чуть что, принималась истошно орать: она, дескать, мать-героиня и ей «положено». Папаша вообще никогда в вертикальном положении не пребывал – официальный, по крайней мере, потому что Клемпачи были друг на друга не похожи, не считая волос, объединяла их только мамашка и папашина фамилия, а чьи там были гены, не знала, наверное, и сама Тамарка.
– Таких людей полно. – Леонид пожал плечами. – Соседство с ними неприятно, их избегают, но дети имеют право ходить в школу – и ходят. Так что Клемпачи были нашим наказанием, кармической отработкой, я бы сказал, и каждый год учителя и родители первоклашек с замиранием сердца ожидали, кому достанется «счастье» иметь в своем составе отпрыска Клемпачей.
