Когда бабушка вспоминает о свадьбе Марка и моего отца, взгляд мною становится жестоким желанием - быть такой же любимой. Внутри кипит непреодолимая страсть к Марку, единственному мужчине, который несет в себе надежды на счастье после трагедии.
Похоже, «Удобная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Работал как проклятый, преумножая наши общие капиталы, развлекался с девушками и вспоминал обо мне, когда требовалось поставить подпись под документами.
- Филипп знает, что ты идешь к мужу? — интересуется бабушка, подавая мне жужжащий сотовый.
Какая-то эсэмэска. Потом посмотрю. сейчас и так вся на нервах.
- Да, он в курсе, - киваю я коротко. - Даже сам хочет с ним поговорить…
- Да от него толку точно не будет! - машет руками бабуля. - Опять разборки начнутся. эх, девочка, угораздило тебя влюбиться в мальчишку Елимовых.
- Мы оба далеки от разборок и бизнеса. И хотим жить спокойно. Уже не девяностые, ба, - отрезаю я, натягивая пуховик.
- Ну конечно! - разводит руками бабушка. — Отец с матерью жизнями поплатились, а ты.
- Бабушка! -пресекаю страшный разговор. - Сейчас времена совсем другие.
- Время всегда одно, - тоскливо бросает моя бабуля и устало бредет к себе. На ходу колышется тяжелый подол черного платья. Сколько лет прошло, но бабушка так и ходит в трауре. Жизнь остановилась и если бы не мы с сестрой…
Схватив сумочку, торопливо захлопываю дверь и спускаюсь во двор.
Может, поэтому бабушка согласилась выдать меня замуж за Марка. Обезопасила.
Теперь сама, я точно ни для кого не представляю интереса.
«В первую очередь для мужа», - думаю с горечью.
- Сармат-центр? - уточняет водитель.
- Да, - киваю я. И пытаюсь еще раз мысленно проговорить заранее составленную и отрепетированную речь.
- Марк, я полюбила другого. Дай поручение юристам оформить развод.
Мысли невольно сворачивают на мужа, красивого, рослого и такого недосягаемого.
Филипп в сравнении с ним проигрывает по всем пунктам. Но он любит меня. А Сарматов.
-Нет! Это я влюбилась в него как дура.
Прислонившись головой к холодному стеклу, прикрываю глаза.
И сразу же оказываюсь в просторной детской Сарматовского дома. Внизу, в столовой, сидят мои родители и родители Марка. Смеются, что-то обсуждают.
А мы, дети, на ковре играем в Барби. Кен собирается в гости, а Барби никак не может выбрать платье. Мы спорим и даже не обращаем внимания на сухие резкие звуки, раздающиеся внизу.
