Николь требует развода у своего мужа, обвиняя его в предательстве и неверности. Он пытается спасти брак, но его слова не находят отклика в сердце супруги. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и вернуть утраченное доверие, или их пути разойдутся навсегда?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Удобная жена» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Николь требует развода у своего мужа, обвиняя его в предательстве и неверности. Он пытается спасти брак, но его слова не находят отклика в сердце супруги. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и вернуть утраченное доверие, или их пути разойдутся навсегда?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Николь требует развода у своего мужа, обвиняя его в предательстве и неверности. Он пытается спасти брак, но его слова не находят отклика в сердце супруги. Смогут ли они преодолеть боль прошлого и вернуть утраченное доверие, или их пути разойдутся навсегда?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Удобная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Спасибо, братан, - добавляет слабым голосом и отдает мне трубку. — Серый сейчас продиктует адрес. Послушай. Меня что-то вырубает.
- Николь Николаевна, - произносит строго Никифоров. — Вам нужно подъехать в клинику «Чаровница» . Я сейчас позвоню им, договорюсь.
- Спасибо, - мяукаю в трубку.
И продиктовав адрес водителю, беру ладонь мужа в свои.
- Все будет хорошо, Маркуша, - называю старым детским именем. Глажу большие холеные пальцы. — Ты только говори со мной, ладно?
- А что говорить, - стонет Марк, прикрывая глаза.
- Не спи, слышишь, - умоляю тихонько. — Пожалуйста.
- Не сплю, - вздыхает муж. — НУ что тебе сказать, Николь. Я хочу жить с тобой до глубокой старости. Хочешь здесь в Москве, а хочешь домой вернемся. Детей родим парочку, или троих. Ну как захочешь.
- Обязательно, - прячу горькую усмешку. Вглядываюсь в бледное лицо Марка, отмечаю запавшие под глазами тени. - Тебе очень больно?
Ага, но я терплю, - выдыхает он. - Куда деваться?
«Все ясно болевой шок», - усмехаясь квалифицирую слова Сарматова и снова лезу в свой бездонный чувал. Кажется, гдето было сильное обезболивающее. Хоть бы в этой сумке!
На дне внутреннего кармана нахожу заветный шприц с анаболиком. Лекарство хорошее.
Как же я сразу не догадалась. Быстро разорвав упаковку, вкалываю иглу в мускулистое предплечье мужа:
- БОЛЬНО, - стонет Марк. - Ты меня совсем не любишь.
Отвернувшись, смаргиваю слезы
Не любишь Господи, какой дурак!
Да я тебя, Сарматов, всю жизнь люблю. С пяти лет. одного тебя! И жить с тобой хочу и детей с тобой готова растить. Только я тебе не нужна. Ты меня даже не замечаешь.
Относишься как к кукле. А это я вынести не смогу. Лучше жить одной, чем с тобой. Правда!
Глава 27
- Я с тобой развожусь, - твердит Николь как заведенная. Мне иногда кажется, эта девочка родилась только для того, чтобы трепать мне нервы.
- Да знаю я, только ленивый не позвонил, - отмахиваюсь небрежно. А у самого на душе кошки скребут. Просил же дать шанс нам обоим. Все равно нам друг от друга не деться.
А может, ну его? Пусть разведется и попробует жить сама без оглядки на Сарматовых.
«Ты с ума сошел? — останавливаю собственные обидки. — Она же и дня не проживет. Ее кто-нибудь грохнет или окрутит. Дело даже не в бабках, отмахаемся. Дело в самой Николь.
Иногда мне кажется, что она так и ждет окрика. Остановите меня, пожалуйста! Ну хоть кто-нибудь. Глупое детское поведение. А я уже думал, что мы переросли подростковый возраст и юношеский максимализм.
Может, дать ей развод? Не вмешиваться в дурацкую суету, наведенную женой, и посмотреть чем дело кончится.
Ну разведемся, дальше что?"
"У нас и так брачный договор, где каждый шнурок и каждый фантик расписаны в длинном перечне барахла и прочих активов. Учтено все. У каждого своя доля. Так почему бы не отпустить.
Не могу! Даже помыслить не могу.
