Автор
В мире, где любовь редко выносит третью четверть жизни, главная героиня приходит к печальному выводу - мужчины не заслуживают того, чтобы быть с ней наедине. В книге "Уха из золотой рыбки" Дарья Донцова рассказывает о женщинах, которые перестают верить в любовь и учатся жить по своим правилам....
– Вот! – укоризненно сообщил Федор Сергеевич. – Вот до чего доводит беспечность, помноженная на глупость. Теперь, проанализировав последствия, ты, Маша, обязана сделать правильные выводы.
Я вздохнула, все-таки педагоги странные люди, используют любой момент для чтения нудных нотаций. Нет бы просто пожалеть глупого ребенка да дать ему, пока не приехал доктор, стакан с раствором марганцовки, вместо этого он предлагает прямо сейчас начинать размышлять на тему о правильности поедания шаурмы, приготовленной в антисанитарных условиях.
– Принесите марганцовку, – перебила я зануду.
Федор Сергеевич осекся.
– Дельная мысль! Сейчас.
Спустя пару минут передо мной возник стакан со светло-фиолетовой жидкостью и резиновая клизма-груша.
– А это зачем? – удивилась я.
Федор Сергеевич снисходительно улыбнулся.
– Следует набрать раствор в клизму и впрыснуть в ротовую полость, иначе как заставить животное выпить лекарство?
Нет, он все-таки сумасшедший.
– Выпей, котик, – попросила я.
Манюня покорно опустошила стакан и вновь схватилась за лоток.
Дома мы оказались через сутки. «Скорая помощь» незамедлительно отвезла нас в больницу, где поставили диагноз: пищевое отравление.
– Ничего, – решил утешить Машку прибывший в клинику Дегтярев, – во всем плохом есть свое хорошее, ты же хотела похудеть, вот и потеряешь лишние килограммы.
В среду я привезла Маню домой и строго велела:
– Лежать в кровати до конца недели.
– Но почему? – начала сопротивляться девочка. – У меня ничего не болит.
– Доктор велел придерживаться постельного режима до субботы.
– Зачем? Мне же совсем хорошо.
– Надо.
– Объясни, зачем?
– Ну… так приказано.
– Чушь собачья, – заявила Машка, – еще аргументы есть?
Я поняла, что нет, и строго заявила:
– Не спорь.
– Трудно быть ребенком, – заныла Маруська, – всякий обидеть норовит.
– Хочешь, съезжу в город и притащу парочку дисков с фильмами?
– Ага, – кивнула Манюня, – сделай одолжение.
– Но ты за это будешь лежать.
– Непременно, даже не пошевелюсь, – кивнула дочь.
Я пошла во двор и была остановлена звонком.
– Эй, Дашка, – понеслось из трубки слегка сонное меццо Верки Карапетовой, – знаешь новость?
– Какую?
– Лика Солодко убила мужа.
Я уронила на пол ключи от автомобиля.
– Что?
– Лика Солодко убила мужа, – повторила Верка, – ну не дура?
– Ты врешь! – вырвалось у меня.
– Была бы охота! – обиженно воскликнула Вера.
