Автор
В мире, где любовь редко выносит третью четверть жизни, главная героиня приходит к печальному выводу - мужчины не заслуживают того, чтобы быть с ней наедине. В книге "Уха из золотой рыбки" Дарья Донцова рассказывает о женщинах, которые перестают верить в любовь и учатся жить по своим правилам....
Хуч умен и отважен, он великолепен, он мой друг!
Чуть не плача от умиления, я принялась нацеловывать черную морду с короткими усами и приговаривать:
– Солнышко мое, мама тебя обожает! Кошечка моя, заинька!
Запах консервов теперь казался восхитительным. Внезапно в голову пришла страшная мысль: собачий век недолог. Господи, что же я стану делать, когда Хучик умрет?
Из глаз градом полились слезы. Я прижала сопящего мопса к груди и зарыдала в голос:"
"– О, мой мальчик! Не переживу твоей кончины, о, как ужасно! Зачем смерть забирает тебя столь рано…
Дверь спальни распахнулась, на пороге появилась разгневанная Зайка в розовой байковой пижамке.
– Что за… – начала было она, но потом осеклась и кинулась к моей кровати: – Даша! Ты плачешь?
Я с трудом кивнула:
– Хучик! Мой любимый, мой сладкий, мой родной…
– Что случилось? – заорала Ольга.
Тут же из коридора послышался топот, и в спальне очутилось все взрослое население дома в той или иной степени раздетости.
– Мать, – укоризненно сказал Кеша. – Господи! Ты ревешь!
– Хучик…
– Что с ним? – кинулась к мопсу Машка.
– Он умрет, а я вместе с ним…
Невероятное ощущение любви и горя затопило меня. Машка попыталась отнять у меня Хучика.
Внезапно я увидела, какая Машка противная: толстая, белобрысая, с визгливым голосом. И вообще, члены моей семьи настоящие уроды: Кеша бледный как смерть и болезненно худой, Александр Михайлович настолько отвратителен, что и смотреть на него не хочется, Ольга похожа на куклу Барби, она так же глупа… Нет, хочу жить лишь с Хучиком!
– Мальчик мой! Свет очей моих, ненаглядный, за что… за что… за что… Придет смерть и погасит луч света… «Восстала из мрака младая с перстами пурпурными Эос…»
– Это что? – попятилась Машка.
– Гомер, – вздохнул Кеша, – мать помешалась! Цитирует то ли «Илиаду», то ли «Одиссею», говорит гекзаметром…
– Уйдите все вы, ненавижу вас!
– Ну и ну, – покачала головой Зайка.
– Оставьте меня… Хуч! Хучик!!!
Тут в комнату из коридора ворвались Снап и Банди.
– Банди, – взвыла я, – мой любимый! Иди сюда! Никому не отдам!
– Надо вызвать врача, – нахмурился полковник.
Дальнейшее помнится плохо. Мигрень просто взорвалась в голове, погребя под собой остатки разума. Омерзительные домашние суетились вокруг, вызывая все новые и новые приступы злобы.
