Автор
В мире, где любовь редко выносит третью четверть жизни, главная героиня приходит к печальному выводу - мужчины не заслуживают того, чтобы быть с ней наедине. В книге "Уха из золотой рыбки" Дарья Донцова рассказывает о женщинах, которые перестают верить в любовь и учатся жить по своим правилам....
– Что? – подскочила я.
Александр Михайлович пожал плечами:
– Лика призналась. Они договорились с Евгением о встрече, он пришел, подтвердил, что твердо намерен развестись, и она его столкнула в воду.
– Господи, – ужаснулась я, – да Ликуська с ума сошла.
Дегтярев вытащил из кармана носовой платок, вытер лоб и устало продолжил:
– Говорит, ничего не помнит, была в состоянии аффекта.
– Но тогда ее должны отпустить! – радостно воскликнула я. – Временное помрачение рассудка избавляет от наказания.
Полковник крикнул:
– Не пори чушь, она останется в СИЗО до суда.
Я опять перепугалась:
– И что мы можем для нее сделать?
– Практически ничего, только поддержать морально.
Я уставилась на приятеля, потом очень осторожно спросила:
– Может, того, самого… ну, в общем, денег дать следователю?
Александр Михайлович побагровел, но не стал орать, а довольно спокойно парировал:"
"– Уже не поможет, взятки раньше суют, до того, как предъявлено обвинение. Единственно, чем могу посодействовать, так это сделать так, чтобы дело Лики рассмотрели в суде быстро, ну, к октябрю, допустим.
– Ничего себе быстро! – ахнула я. – Октябрь когда еще будет!
Дегтярев шумно вздохнул:
– Ты просто не в курсе того, сколько времени человек проводит в изоляторе, дожидаясь решения своей судьбы, год может париться на шконках.
– Год?!
Александр Михайлович кивнул:
– Ага, а потом начнется бодяга. Судебное заседание отложат или найдут какую-нибудь ерунду и перенесут процесс на полгода.
– На полгода? – подскочила я. – Какой ужас!
Дегтярев налил себе чай и принялся размешивать сахар, мерно стуча ложечкой о чашку.
– Время идет, а Лика будет сидеть в душной камере, в компании не слишком приятных товарок. Ладно, я подсуечусь немного, жаль мне ее, очень жаль, но преступник должен быть наказан.
«Вор должен сидеть в тюрьме», – всплыла в моей голове фраза.
Александр Михайлович не подвел. 1 октября Лику осудили, причем сделали это очень быстро, в одно заседание.
Мы всей семьей явились в зал заседаний, впрочем, народ там и без нас толкался, а когда конвойные ввели бледную, слегка похудевшую Лику, присутствующие фоторепортеры мигом бросились к скамье подсудимых, стоящей в клетке.
