Автор
В мире, где любовь редко выносит третью четверть жизни, главная героиня приходит к печальному выводу - мужчины не заслуживают того, чтобы быть с ней наедине. В книге "Уха из золотой рыбки" Дарья Донцова рассказывает о женщинах, которые перестают верить в любовь и учатся жить по своим правилам....
Когда Степан Иванович умер, я очень расстроилась и воскликнула:
– Ну надо же, такой молодой!
– Папе исполнилось уже восемьдесят девять, – напомнила Лика.
Я осеклась. Действительно. Степан Иванович пережил жену, которая умерла в середине восьмидесятых, он давно вышел на пенсию. Скончался Ликин отец года два или три тому назад, глубоким стариком, но я почему-то продолжала до конца считать полковника своим ровесником. Иногда я вспоминаю его и тогда радуюсь, что все же сумела сделать ему приятное. За несколько лет до смерти полковник со вздохом сказал:
– Эх, вот раньше-то хорошо было, каждый год катался в Крым отдыхать, а теперь никто путевку не дает.
– Фу, – сморщилась Лика, – давай я тебя в Турцию отправлю!
– На кой хрен мне турки? – возмутился Степан Иванович. – Лучше Крыма ничего нет!
– Турция тот же Крым, – не успокаивалась Лика, – только с другой стороны.
– Нет, – качал головой отец, – мне и загранпаспорт-то не дадут.
– Почему? – изумилась я.
– Слишком много знаю, – хмыкнул полковник.
– Ладно тебе, – отмахнулась Лика, – не хочешь в Турцию, вот и выдумываешь повод.
– Только в Крым, – уперся Степан Иванович.
Лика, желая сделать лучше, пыталась переубедить папу, я же поговорила кое с кем и подарила полковнику путевку в санаторий на три недели, в Абрау-Дюрсо. Полковник потом долго вспоминал об экскурсии на завод шампанских вин и в ледниковые пещеры…
– Отец тебя отлупил? – изумилась я. – Да быть такого не может!
– Один раз в жизни такое случилось, – улыбнулась Лика, – оттого и запомнилось.
– За кого? – совсем потерялась я.
Лика закашлялась, было не понять, то ли она простудилась, то ли пытается скрыть таким образом подступающие к горлу слезы.
– Давняя история, я на пятом курсе была. Прихожу домой, вхожу на кухню, а там родители обедают, радио гремит. Диктор прямо захлебывается: «Расхитители социалистической собственности, люди, подрывающие устои социализма… приговор над Воротниковым приведен в исполнение».
Лика возьми и поинтересуйся:
– Это кто такой?
– Бандит и вор, – ответил Степан Иванович, – таким не место среди нас.
– Может, у него жена есть или дочка, – заявила Лика, – представляешь, какой ужас такое услышать.
– Воровать не надо, – заявил отец.
– Все равно жестоко расстреливать человека, – гнула свое Лика.
– Воротников негодяй!
– Но он человек! Неужели тебе его не жаль?
– Хватит, – велела Нина Алексеевна, – ешьте суп.
