– И каждый день…
Малика Юсуповна поправила бесчисленные браслеты, болтающиеся у нее на запястьях.
– Я живу по четкому расписанию. Ровно в одиннадцать утра приезжаю в мастерскую и нахожусь там до девяти вечера.
– Не выходя на улицу?
– А зачем мне выходить?"
"– Может, и лучше, что у вас нет близких подруг, – пробормотала я, – мои вечно втягивают меня в неприятности. Вот пару дней назад Лена Кротова попросила на время машину, ей захотелось перед коллегами на работе пофорсить, и что?
– Наверное, в аварию попала, – спокойно предположила Малика.
– Точно! Разбила лобовое стекло, помяла бампер… Вы даете кому-нибудь свой автомобиль?
– Я?! Машину? Постороннему человеку? Нет, конечно. На мой взгляд, это так же отвратительно, как взять чужую зубную щетку!
– И вы никогда бы не разрешили попользоваться своей машиной?
Лицо Малики Юсуповны перекосилось.
– Мне даже будет неприятно, если муж захочет ею воспользоваться. Правда, Марлен знает о моей особенности и никогда не станет проситься за руль, впрочем, у него три своих авто, моя ему ни к чему.
– А вы на какой ездите?
– У меня «Мерседес»-кабриолет.
– Очень хорошая модель.
– Мне нравится.
– Моя невестка тоже довольна, у нее такая же, синего цвета.
– Брюнетке больше подходит красный, – улыбнулась Малика, – поэтому я приобрела модификацию огненного оттенка.
– Очень вкусные пирожные. – Я перевела стрелку разговора на другие рельсы.
– Не люблю жирный крем, предпочитаю воздушный, белковый или йогуртовый.
– Ах, какой у вас вид из окна! Волшебно!
Я встала и заглянула за занавеску. Малика Юсуповна осталась сидеть на диване. Воспользовавшись тем, что хозяйка вновь стала наливать себе кофе, я вытащила из сумочки фотографию и воскликнула:
– Здесь лежит чей-то снимок!
Малика Юсуповна вздернула правую бровь:
– Да?
– Вот смотрите! Наверное, кто-то из ваших знакомых или родственников, – продолжила я и сунула снимок под нос хозяйке.
Малика поморщилась:
– Нет, ко мне сей шедевр не имеет ни малейшего отношения. Больше похоже на порнографическую картинку.
– Наверное, кто-то из вашей прислуги увлекается подобными штучками…
Малика неожиданно резко крикнула:
– Инга!
В комнату моментально влетела экономка. Я очень удивилась: она что, сидела под дверью? У нас Ирку, как правило, невозможно дозваться! И еще, стрелки часов почти подобрались к полуночи, в столь позднее время мы никогда не тревожим домработницу, но если все же в крайнем случае зовем Иру, то она появляется в халате, растрепанная и, зевая, заявляет: «Ни сна, ни отдыха измученной душе! Чего еще стряслось?»
А Инга Федоровна оказалась безукоризненно одета, ее прическа выглядела безупречно, на лице виднелся скромный макияж.
– Жду ваших указаний, – наклонила экономка голову.