Автор
В свете дождливого утра в суетящем городе мешались проблески лунного света и темнота. Стоявший уже почти час разговор между друзьями напоминал настоящий кошмар, пока неожиданно один из них не решительно призывал к бегству, заставив другого выругаться. В этом суматохе и заканчивались долгие встречи после шумных вечеринок, где было всегда скучно вдвоем....
На несколько секунд замираю, рассматривая увитый венами, мощный член, нетерпеливо дергающийся под моим взглядом. Обхватываю рукой, провожу несколько раз вдоль, каждый раз оголяя головку и касаясь ее, размазываю выделившийся секрет. Язык сам, непроизвольно облизывает губы. И, прежде чем взять его в рот, поднимаю глаза и встречаюсь с напряженным взглядом моего мужчины. Я знаю, что ему нравится! Я уже знаю, КАК нравится ему! И когда медленно, чтобы дать ему возможность рассмотреть, открываю рот и беру его, как можно глубже, чуть прикусывая, он бьется затылком в подушку и сдавленно стонет.
— Глубже, малыш… Еще… Сожми у основания… Сопротивляйся мне языком… Да-а!
Толкается сильнее, заставляя меня задыхаться, и это мне, как ни странно, нравится тоже… Несколько минут таких движений и член у меня во рту содрогается…
— Всё, — тянет за плечи на себя.
Это меня уже не пугает. Так мы тоже пробовали… Но Антон помогает сесть на себя сверху и такую позу я люблю больше всего. Чуткие пальцы скользят у меня между ног, раскрывая для него. И да, иногда мне хочется, чтобы он молчал! Особенно когда говорит в постели откровенные пошлости, но, видимо, к подобному быстро привыкаешь, а Антон никогда не замолкает во время секса, поэтому меня не только от ласк его в дрожь бросает, но и от голоса, от слов:
— Хочешь меня.
Его пальцы обводят место нашего соединения, сжимают ягодицы, массируют между ними. Мне кажется его руки повсюду и трогают они так, словно знают все те точки моего тела, от прикосновения к которым я схожу с ума! И я срываюсь — упав ему на грудь, насаживаюсь на его член до предела и замираю, потому что он пульсирует внутри, распирая до предела, растягивая внутренние стенки.
— О, Боже! — хватаю ртом воздух, чувствуя, как подступает ослепляющее удовольствие. Тело не подчиняется мне больше. Но подчиняется мужским рукам, которые крепко держат за бедра. И теперь, как обычно, он главный. Сильными ударами снизу Антон быстро доводит нас обоих до финала.
Падаю ему на грудь, забыв о разбитом лице, целую любимые губы. Шепчу в них снова и снова:
— Любимый мой… Самый лучший…
32 глава.
