Автор
В свете дождливого утра в суетящем городе мешались проблески лунного света и темнота. Стоявший уже почти час разговор между друзьями напоминал настоящий кошмар, пока неожиданно один из них не решительно призывал к бегству, заставив другого выругаться. В этом суматохе и заканчивались долгие встречи после шумных вечеринок, где было всегда скучно вдвоем....
Она все время что-то рассказывала, спрашивала, поясняла, улыбалась и даже иногда гладила моего сына по голове. И мне почему-то было интересно, что там такого она ему рассказывает, чем так увлекает его, что Алик не отходит от неё целый день?
К сожалению, несмотря на открытое окно, мне не было слышно — беседка далеко, пацаны орут на речке и во дворе на спортивной площадке, да еще и Игорь втирает о предстоящей поездке с Захаром на чемпионат.
— Может, раз уж у Алика теперь есть няня, ты сам с Диким съездишь? — пытается увильнуть от самого неприятного и трудного Стариков.
Речь зашла о ребенке, и это был предлог для меня — забыв о намерении больше не смотреть в сторону беседки, я невольно уставился в окно снова. И завис.
Девушка со странным именем Агния — кто такое вообще придумать мог? — увлеченно рисовала на белых листах с Аликом, а сзади к ней крался Дикий! Остановившись за её спиной, парень резким и точным движением быстро закрыл ей глаза ладонями. Она выпрямилась, испуганно замерла, уронив карандаш и схватившись тонкими длинными пальчиками за его руки.
Я ни грамма не был романтиком, но отсюда, с моего места, даже я оценил, насколько красиво они смотрятся вместе. Он — плечистый, с татухами своими, с широкими ладонями, загорелый до черноты. И она… юная, белокожая, с длинной темно-русой косой, перекинутой через плечо, в белом легком сарафанчике…
— Здорово смотрятся они. Как на картинке, — подлил масла в огонь Игорь.
И, отворачиваясь от окна, заставляя себя не смотреть больше, я еще успел заметить, как Захар склонился к её лицу сбоку, убирая свои руки, и специально при этом касаясь её волос, как она засмеялась… Молодые, красивые, очень подходят друг другу — что-то неприятное, злое, то ли зависть напоминающее, то ли беспричинный гнев, поднималось из самых глубин моего нутра.
— Давай к делу, — скомандовал Игорю, давая понять недовольным тоном, что к вопросу поведения моей няни, которая должна за ребёнком следить, а не шашни на работе крутить, я еще вернусь. — Если я уеду, пацаны будут целиком и полностью на тебе одном.
— Он решил, чем заниматься будет? — спросил Игорь.
— Из него слова не вытянешь. Выйдет, посидим — помозгуем.
Помолчали. Подумали.
— Что если Захар не победит… — начал Игорь то самое, что тревожило нас обоих, да, впрочем, даже пацанов тревожило.
У Дикого был последний шанс.
