Автор
Уэсли Кэрролл шел по коридору в несвежих джинсах и потертых кроссовках, его улыбка при виде меня была привычной усмешкой. Словно подслушанный мыльный пузырьок внутри груди заставлял мое сердце биться быстрее, живот сжимался и щекотало от волнения.
Что если что-то успело произойти уже после того, как мы расстались прошлым вечером? От этих мыслей у меня все сжималось в груди, а на коже выступала испарина, как при температуре. Я снова и снова набирал его номер, и все безрезультатно. В какой-то момент слезы подступили к глазам, и я откинулся на диване, чувствуя, что начинаю задыхаться от нехватки кислорода в легких.
Взгляд упал на электронные часы, встроенные в панель телевизора. И я потер глаза, смахивая соленую влагу с ресниц. Седьмой час. Ни мамы, ни Алисии еще нет дома.
"Внезапно раздался стук в дверь, и я едва не упал по дороге, со всех ног бросившись в прихожую. На лестничной площадке стоял Уэсли. На его лице была улыбка, а я разрывался между одновременным желанием ударить, поцеловать и как следует накричать на него.
- Эй, что случилось? - спросил он, ступая за порог и сжимая мои плечи.
- Что? Это я у тебя должен спросить - где ты был? И что произошло? Почему ты не звонил? Почему не брал трубку? - кричал я, не в силах справиться со слезами, бежавшими вниз по щекам.
- Ух ты. У тебя все нормально? - Вместо ответа я прижался к Уэсли и спрятал лицо у него на плече, вытирая слезы. - Что случилось?
- Я... ты... Где ты был? Я пытался дозвониться до тебя миллион раз, но все время попадал на голосовую почту, а я не хотел звонить тебе домой, потому что боялся, что к телефону подойдет кто-нибудь из твоих родителей. Я так беспокоился о тебе. Почему же ты не позвонил? - всхлипывал я, крепко обнимая Уэсли, как будто он сразу же исчезнет, стоит мне его отпустить хотя бы на секунду.
- Я подумал, что будет нехорошо отвлекать тебя во время работы. Плюс после обеда у меня нашлась уйма дел, и да, я виноват. Мне следовало тебе позвонить.
- Проклятье, да ты ОБЯЗАН был мне позвонить! - закричал я, резко отстранясь от него.
Конечно же, от его взгляда не могли укрыться мои покрасневшие глаза и горящие щеки. Но все, что он сделал - это просто улыбнулся.
- Знаю-знаю. Мне жаль. Простишь меня?
Я состроил гримасу и опустил глаза.
- Хорошо. Поцелуй меня, тогда прощу.
- Всего лишь поцеловать? - Уэсли сделал вид, что надулся, смешно выпятив нижнюю губу.
- Мы можем попробовать договориться, но только после того, как ты мне расскажешь, что произошло вчера вечером.
Прежде чем отвечать, Уэсли втянул меня в глубокий поцелуй. И когда он отстранился, я, не сдержавшись, улыбнулся. Он провел кончиком языка по моим губам и поцеловал меня еще раз.
