Автор
Бахир аль-Кадир — человек безжалостный и жестокий, но даже он теряет контроль над проигрышами. Теперь уже третья ночь подряд, когда стопки фишек исчезают со стола для рулетки, облако отчаяния застимает его голову. Казино стали его изюминкой, но теперь каждый проигрыш ожесточенно воспринимается как непростительная слабость....
Я думал — если найду тебя и объяснюсь, возможно, ты поймешь и даже простишь меня. Но мой гнев вспыхнул с новой силой, когда я увидел, как ты смеешься и улыбаешься, как будто меня и на свете нет. Очень глупо было предполагать, что ты примешь меня обратно. Боже, как все запутано! — Бахир встал и провел руками по волосам. — Прости меня, Марина. Я знаю, это не утешит тебя, но я никогда не прощу себя за то, как поступил с тобой.
— Ты искал меня, чтобы извиниться? — Она никак не могла уложить это в своей голове.
Бахир приехал и хотел вернуть ее? Это было уже слишком…
Она закрыла лицо руками, и слезы наполнили ее глаза.
И в следующую минуту Марина почувствовала, как его сильные руки сжали ее плечи.
— Прости меня, — хрипло прошептал он, слегка покачивая ее, точно так же, как совсем недавно — Хану.
— Я хочу ненавидеть тебя. Я уже была готова уйти навсегда. А теперь ты говоришь, что любил меня. Теперь, когда уже поздно…
Он поставил Марину на ноги и заботливо стал вытирать слезы с ее щек:
— Тебе лучше без меня.
— Но я не могу! — процедила она сквозь зубы. — Я пыталась снова и снова, но, черт побери, я не могу!
— Старайся. Вспомни все гадости, какие я делал и говорил. Я — плохая ставка, Марина. Мне никогда не стать достаточно хорошим для тебя. Ты заслуживаешь лучшего.
С этими словами он развернулся и пошел прочь, но она настигла его.
— Я не хочу лучшего, — запротестовала Марина.
Он замер:
— Ты… слышала?
— Да, когда ты говорил об этом Хане. А теперь я хочу, чтобы ты сказал мне. Неужели я этого не заслуживаю?
Он взглянул в ее глаза, почти обнадеженный, но отчаяние опять заполнило его душу:
— Для чего? В этом нет смысла, Марина. Я и так принес много бед. Я не причиню тебе больше вреда.
— Я хочу услышать эти слова, Бахир.
На этот раз он сомневался всего лишь мгновение:
— О любовь моя, моя сладкая, сладкая любовь! Я люблю тебя, Марина, и ненавижу себя за всю ту боль, которую причинил тебе.
Она прижалась к нему, надежда и облегчение волнами сменяли друг друга. Наконец-то прозвучали те слова, которые он жаждал услышать:
— Я прощаю тебя.
