Автор
В темном зале суда, где голоса умолкают, а пыль словно дышит тяжестью предательства, яркий свет молотка разрезает гнетущую тишину. Кровь и металлик врезаются в память, заставляя дрожать от непередаваемой боли. Я не могу поверить - "Нет" вырывается с яростью, как только удаляются удары молотка....
Передозировки. Куча сломанных костей. Одно отравление"".
""Отравление?""
""Ревнивая жена. Муж изменял"". Я усмехаюсь. ""Она совсем не была счастлива"".
""Он выжил?""
""Да. Мы промыли ему желудок, когда он поступил"".
""Что она использовала?""
""Какой-то коктейль из кухонных химикатов"". Я поднимаю бровь. ""А у тебя?""
""Никаких отравлений. Просто встречи и тонна электронных писем"".
Я прищуриваю на него глаза. Несмотря на то, что он выглядит как бизнесмен, в дорогой одежде и с часами, которые, вероятно, стоят больше, чем годовая арендная плата, он не кажется мне человеком, который будет заниматься бумажной работой.
""Ты ведь не просто случайно оказался поблизости, Курт?"". Я беру кофе, который официантка поставила передо мной, и делаю глоток.
""Нет"". Он наклоняется вперед, протягивает руку и снимает заколку, удерживающую мои волосы в пучке на затылке, отчего они каскадом рассыпаются по спине.
"В моих волосах нет ничего необычного. За исключением того, что мы с сестрой разделяем их светлый оттенок, но больше ни у кого в нашей семье их нет. Светлые волосы не распространены в итальянской общине. Мы с Бьянкой единственные, кто берет пример с нашей норвежской бабушки.
Он берет несколько прядей между пальцами в перчатках, слегка расчесывая локоны.
Скажи ему, чтобы он остановился! Он переходит границы.
Я полностью игнорирую голос разума и смотрю на прядь волос, которую он держит, замечая, что он использует только первые три пальцы, а две другие остаются слегка напряженными и согнутыми. Интересно, что случилось с его рукой?
""Итак, ты ждал меня"", — говорю я. ""Почему?""
""Разве есть что-то плохое в том, что я хочу пригласить красивую женщину на обед?""
""Обычно это происходит после нескольких встреч, Курт"". Я ухмыляюсь. ""Тебе есть что скрывать? Есть ли причина, по которой ты не хочешь назвать мне свое имя?""
""Что я могу скрывать?"" Его пальцы в перчатках отпускают мои волосы и задевают кожу на верхней части руки, вызывая возбужденную дрожь во всем теле.
""Я не знаю. Ты бывший заключенный? Политик, у которого дома жена и трое детей?"".
""У меня нет ни одного штрафа за превышение скорости. Ни жены, ни детей"".
""Почему?"" Я поднимаю бровь. ""Сколько тебе лет?""
""Тридцать четыре.
