Автор
В темном зале суда, где голоса умолкают, а пыль словно дышит тяжестью предательства, яркий свет молотка разрезает гнетущую тишину. Кровь и металлик врезаются в память, заставляя дрожать от непередаваемой боли. Я не могу поверить - "Нет" вырывается с яростью, как только удаляются удары молотка....
Я удивлялась, почему он не надевает протез вечером, после душа. Наверное, слишком хлопотно делать это дважды в день.
""Что-то происходит?"" спрашиваю я.
""Что ты имеешь в виду?""
""Ты настаиваешь, чтобы я давала тебе знать каждый раз, когда выхожу из пентхауса. Ты боишься, что ирландцы могут попытаются проникнуть в это здание?""
""Ирландцы тут ни при чем"". Он выругался, когда лайнер снова выскользнул из его пальцев. ""И никто не может проникнуть в это здание"".
""Тогда почему? Ты думаетшь, я сбегу или что-то в этом роде?""
Он не отвечает, но продолжает возиться с протезом.
""Ты можешь попробовать убежать"", — говорит он и наклоняет мою голову вверх, — ""но я поймаю тебя каждый раз, Милен"".
Он все еще без рубашки, и то, что он так близко, путает мои и без того спутанные мысли. У этого парня чертовы восемь кубиков. Как я могу продолжать притворяться безразличной, когда моим глазам хочется опуститься на его живот и еще раз сосчитать каждый дюйм, чтобы убедиться? Я думала, что это дерьмо — миф.
""Надень, пожалуйста, рубашку"".
""Нет"". Он делает еще один шаг вперед, заставляя меня отступить назад. Рука, сжимающая мою шею, скользит вниз, пока не останавливается на небольшой части моей спины. Крошечные волоски на моей коже поднимаются, и мурашки покрывают все тело.
""Торе?""
""Да?"" Еще один шаг, за ним еще один, пока я не упираюсь спиной в стену коридора.
""Почему ты всегда загоняешь меня в угол?"" спрашиваю я, пытаясь отвлечься от мыслей о том, чтобы прижать ладони к его груди.
""Может быть. Почему бы тебе самой не проверить?"" Он берет мою руку и прижимает ее к своей промежности, и я втягиваю воздух. Он твердый как камень.
""Прекрати, это сексуальное запугивание, Сальваторе"", — задыхаюсь я.
""Я не вижу, чтобы ты пыталась убежать"". Он наклоняет голову, наблюдая за мной, затем проводит пальцем по моей щеке. ""Или отпустила мой член, если уж на то пошло"".
Я задыхаюсь и быстро убираю руку.
""Скажи мне, Милен, если бы я сейчас запустил руку в твои трусики"", — он скользит правой рукой по моему бедру спереди, проводя пальцем по линии от пупка до пояса шорт, — ""насколько влажной я бы тебя нашел?"".
Я должна сказать ему, что я сухая, или повернуться и уйти. Или попросить его остановиться. Вместо этого я прикусываю нижнюю губу и держу его взгляд, не моргая.
Медленно, я расстегиваю первую пуговицу своих джинсовых брюк.
