От неожиданности Мариса крепче прильнула к Ивину, а когда захотела отпрянуть, он задержал и прижал к себе, явно напоказ. Ну ясно же, что личная горничная матушки явилась сюда по её приказу, так пусть смотрит.
Он разжал руки и повернулся к незваной гостье. Теперь та разглядела Марису и застыла, приоткрыв рот от удивления. Мариса отвернулась.
– П-простите, милорд, – проговорила горничная, запинаясь и пятясь к двери.
– Извинись перед эссой, Эжен. Это её комната, – Ивин кивком показал на Марису.
Та пробормотала извинения и выскочила, но Ивин вышел следом и окликнул, велев задержаться.
– Что, Эжен, графиня прислала поглядеть? А постучаться ты просто забыла, ну что за незадача? – он скорее развеселился, чем рассердился.
– Что вы, милорд, простите, милорд, – Эжен покраснела и продолжала пятиться.
– Ты всё успела рассмотреть или, может, заглянешь опять?
– Чтобы ничего подобного больше не было, поняла? Невзирая на то, что приказывает графиня.
– А теперь ступай на кухню и передай, чтобы поторопились с завтраком, пусть подадут что есть, в малую столовую, на двоих. А потом зайди к эссе Фатине и пусть она расскажет тебе про защиту эссы Марисы. Сердить её может быть вредно. Ты поняла?
– Да, милорд, – прошептала совсем смущенная горничная, после чего Ивин знаком отпустил её.
Вообще, лучшая защита – та, о которой никому не известно. Но раз такое дело, то им ни к чему, чтобы поломанных конечностей становилось больше. Даже если Мариса просто будет расстроена, кто знает, как поведет себя её защита? Ивин, например, пока этого не знал.
Как обычно, кофе был душистый и вкусный, пирожки свежими, ветчина мягкой и сочной, а хлеб – с хрустящей корочкой. Ивин и Мариса засиделись за завтраком, Ивин подчеркнуто не торопился, ухаживал за Марисой, подлил ей кофе, то и дело рассказывал что-то забавное. Никто из слуг, после того как накрыли стол, в столовой не появлялся, и это было прекрасно. Зато пришла эсса Фатина.
– Милорд, завтрак подан, – сообщила она, чопорно вскинув подбородок. – Её светлость огорчена, что вы опаздываете.
– Но вы же видите, мы уже завтракаем, – развёл руками Ивин. – Я не могу допустить, чтобы моя гостья завтракала в одиночестве, это против всех правил вежливости. Предайте матушке, что я поднимусь к ней, когда она встанет из-за стола.
– Понятно, милорд, я передам, – на Марису она уже привычно избегала смотреть.
Когда экономка удалилась, Мариса со вздохом отставила свою чашку и взглянула на Ивина.
– Милорд. Перестаньте.
Она и не была голодной, а теперь есть расхотелось совсем.
– Называй меня по имени. А то что-то давно я этого не слышал, – он улыбался как ни в чём не бывало.
– Не обижайте вашу мать, милорд. Так нельзя. И вообще…
– Не переживай, – он похлопал её по руке. – Всё хорошо. А по имени?..
– Я боюсь, Ивин.