– Ты представляешь, какая это работа?
– Знаешь, сколько народу работает на космодроме? Почти три тысячи человек! Допущена к запуску из них как минимум треть.
– Есть другие предложения?
– Нет. Но как всех проверить за такой короткий срок?
– Дай списки, досье на каждого. Я попробую просканировать.
Афанасий недоверчиво уставился на собеседника.
– Не знаю, но я попытаюсь.
– Мне никто не даст список допущенных к запуску лиц.
– Твоему генералу тоже?
– Чёрт! Он не знает, что ты здесь.
– Ну, и не говори. Уверен, только так мы сможем выявить, затевается здесь диверсия или нет.
– В твоём тоне нет уверенности.
– Ладно, смотришь, как удав… Ну, если у тебя получится…
– С меня ящик хорошего шампанского.
– Идёт, – серьёзно согласился Роман, подставляя ладонь.
Афанасий шлёпнул по ней своей.
– Кстати, не смотрел, твой друг Арчибальд не появился у космодрома?
Роман покачал головой.
– Нет, его здесь нет.
– У тебя такой вид, будто ты страшно сожалеешь об этом.
Роман улыбнулся в ответ.
Афанасий сделался серьёзным.
– Кто знает, может, он ещё засветится. Хотя на его месте я бы сюда не сунулся. Он же должен понимать, что его мы будем искать с особым рвением. Будь начеку.
– Буду, – пообещал Роман.
Лика позвонила в два часа ночи.
– Всё хорошо, – хрипло выговорил Афанасий, услышав в трубке голос любимой. – Завтра старт.
– Я так и знала, что ты улетаешь, – хмыкнула девушка. – Надолго?
– Через пару дней буду дома. – Он не стал уточнять, что летит не он.
– Буду ждать, – прошептала она с такой нежностью, что Афанасий потом долго не мог уснуть.
Последние сутки перед запуском «Руси» выдались самыми напряжёнными.
Команда Вьюгина обследовала стартовый стол модуля, сам космический корабль и даже побывала в лабиринтах пускового комплекса, с восхищением рассматривая бетонные блоки и металлические конструкции отводных русел под огромной эстакадой стола. Конструкции должны были погасить ударную волну ракетных сопел и нейтрализовать пламя, способное расплавить металл стоек и колонн.
Последним пунктом работы группы был Центр управления полётами, оборудованный по последнему слову коммуникационной техники. Однако здесь тоже произошла стычка между сенсами и начальником охраны космодрома, фамилия которого – Задира – весьма точно отражала его характер.
На этот раз полковник Задира воспротивился осмотру зала с рядами мониторов, когда «эксперты» Вьюгина собрались у входа и готовы были приступить к своей работе. По–видимому, Петяй действовал на Задиру как красная тряпка на быка. Во всяком случае, именно после того, как он увидел худенького рыжего экстрасенса, у полковника и потемнело в глазах.