Одно мгновение казалось, что они сейчас вылезут из машины, и Роман даже приготовился нанести удар первым – «отвести глаза», однако напрягаться не пришлось.
Из кафе вслед за москвичами вышла невысокая женщина, махнула кому–то рукой, и к «Фольксвагену» подкатил дочерна загорелый парень на мотоцикле, остановив свой «Харлей Дэвидсон» так, что перегородил дорогу пассажиру «Фольксвагена».
Роман уловил косой взгляд незнакомки, быстро повёл Даниэлу прочь от кафе, вдоль пирса к правой его части. Чем закончилась сцена с мотоциклом, он не увидел, но их никто не преследовал и не догонял.
Катер – старенький серо–белый «Блэш» – стоял за синего цвета яхтой с греческим флагом на рубке. На корме катера скучал худой старик с короткими седыми волосами, в полосатой майке. Увидев спешащую пару, он встрепенулся, сполз в кокпит, глядя на них цепкими глазами.
Старик продолжал смотреть с тем же выражением лица.
Роман перешёл на английский:
– Волко? – отозвался старик.
– Садимся, – сказал Роман. Помог Даниэле забраться в катер.
Старик встал за штурвал. Катер заворчал мотором, сдал назад, развернулся и резво побежал мимо острова с крепостью к правой оконечности порта, оставляя за собой расходящийся след.
Роман посмотрел на причал, заметил фигурку женщины. Там началась какая–то суматоха, появились люди, но чем всё закончилось, осталось за кадром. Катер обогнул стоящие у причала суда, пролетел мимо входящего в порт парома и помчался вдоль побережья, усыпанного домиками с красными крышами и роскошными виллами.
– Куда мы плывём? – спросила Даниэла.
Рулевой оглянулся, угадав её вопрос.
– Койне цакон. Всо карашо.
– Не поняла, – сморщилась женщина.
– Не волнуйся, – успокоил её Роман. – Нам помогут. Скорее всего пристанем где–нибудь в укромном месте и подождём наших.
Роман сжал зубы, перекусывая ответ: «Не знаю». Грозовая туча над головой продолжала утолщаться и ворчать, а это означало, что приближалась активная фаза атаки, которую он не мог остановить.
Справа проплыла высокая скала с красивым особняком на вершине, соединённым с материком арочным мостиком.
Катер пронёсся мимо по пологой дуге, устремляясь к скалистому, крутому, обрывистому берегу. Стали видны промытые водой каверны и гроты, крутобокие скалы и камни.
Сзади показалась растущая белая точка.
Роман прислушался к своим ощущениям, сосредоточился на психосферном расширении и уловил сумбур полей пассажиров догоняющего судна. Их было четверо, и все они таили жуткие запасы холодной зловещей угрозы.
Рулевой оглянулся, сверкнул глазами.
– Тимео данаос эт дона ферентес!
Катер вздрогнул, начал увеличивать скорость. Он был лёгким, стеклопластиковым, с большим ветровым стеклом и годился больше для прогулок, нежели для скоростных гонок.