А предупредить его могли только на бытовом уровне: типа, не лезь к нашим девчонкам, козёл! Рога обломаем!
Он медленно переоделся, размышляя над странной встречей. Покачал головой. Что–то здесь было не так, но что именно, прояснить пока было нельзя.
Гадство, только этого не хватало! А с другой стороны – классный тренинг в реальных условиях. Он ведь справился? Поднялся выше обыкновенного мордобоя? Не нарушил спокойствия души? Как говорил Олег Харитонович? Не следует терять три вещи: честь, надежду и спокойствие.
– Слушаю, – отозвался он, не узнавая голоса.
– Минуту. – В трубке возник глухой шум, тихий перезвон, щелчки, будто кто–то переключал старинный пакетник, затем послышался далёкий негромкий голос Афанасия Вьюгина:
– Рома, это я. Как дела?
– Нормально, – ответил Роман, не принадлежа к людям, которые в ответ на вопрос «как дела?» начинают говорить о делах.
– Я в Арктике, на краю света.
– На новой нефтяной платформе, её завтра утром, в десять по Москве, запустят. Прибыл танкер, готов принять первую нефть. Прилетела Еврокомиссия по экологии, пограничники работают, всё под контролем… – Афанасий замолчал.
– Слушаю, – подождал продолжения Роман.
– Но мне тревожно, – признался начальник психоцентра.
– Не знаю, что тебе понятно, мне ничего не понятно. Всё проверили, прослушали, просканировали – ну не подобраться к платформе ни с какой стороны! Противолодочный катер ни одну подлодку не пропустит, все люди проверены, а мне почему–то кажется, смотрит на нас из–под воды какая–то зараза и усмехается.
– Эффект долгого ожидания.
– Ты предлагаешь мне приехать?
– Приезжать уже поздно, не успеешь, сможешь пощупать наш район оттуда, из Пскова?
– Не пробовал. Координаты?
– Северный Ледовитый океан, сто с лишним километров от острова Шмидта.
Роман помолчал, представляя глобус.
– Уж попытайся, висв, век буду благодарен. Ты же знаешь, я зря тебя не потревожу.
– Что говорят сенсы?
– Конкретно ничего. Платформа чистая, никаких взрывных устройств не обнаружено. Но Джокер чувствует то же, что и я: за нами наблюдают. И это не спутник, не корабль, не самолёт.
– Как тебе позвонить? По мобиле можно?
– Можно, я доступен через спутник, уже дал команду на скремблерную проводку.
– Жди. – Роман выключил телефон, посидел немного в позе лотоса, взвешивая просьбу Афони.
Вьюгин не относился к рефлексирующим по каждому поводу и без оного личностям. Не был он и экстрасенсом, хотя задатки видящего суть вещей имел и всегда адекватно оценивал своё положение. Если он чувствовал «взгляд из–под воды», значит, пси–атмосфера на платформе была нарушена, кто–то направил на неё извне поток внимания.
Ладно, попытаемся помочь. Интересно даже, кто наблюдает за платформой, держа её в фокусе пси–полей.