– Не догадываетесь, Леопольд Иосифович? Я, кстати, приказывал вам не пить.
– Прошу прощения, я трезв как стёклышко.
– Цвикки нам понадобятся для нейтрализации ситуации на Байкале.
– Легче закодировать новых исполнителей, уже ставших своими на их базе.
Кочевник хотел оборвать заместителя, потом подумал, что он прав.
Вертолёт – новенький «Ми–34С1», словно только что сошедший со стапелей авиазавода, ждал министра на лётном поле местного аэроклуба. Из салона на поле тяжело спрыгнул мордастый Абраимов в генеральской форме. По причине непривычно тёплого дня френч на нём был расстёгнут, галстук сдвинут набок. Правда, увидев министра, он поправил галстук, застегнулся.
– Расслабьтесь, Гулуун Асагович, я же не министр внутренних дел. Садитесь, доложите обстановку в полёте.
Компания заняла места в кабине вертолёта. «Ми–34» зашелестел лопастями винтов, взлетел.
– Я договорился с федералами, – начал Абраимов, бурят по национальности. – Нас проведут над Байкалом в месте погружения «Мира».
– Пирамиды найдены в районе Подсолнуха.
– Где? – удивился Фурсенюк.
– Это грязевой вулкан на дне озера, назвали Подсолнухом. Там довольно глубоко, больше километра.
– Оставьте эти подробности.
Вертолёт поднялся над городом.
Столица Бурятии легла под ним резным узором рукотворных «сопок» с красным оттенком, как бы оправдывая название города. Фурсенюк знал, что Улан–Удэ переводится с бурятского как Красная Уда. Знал он, что основан город был в тысяча шестьсот шестьдесят шестом году как казачье зимовье, двенадцатью годами позже стал известен как острог, форпост продвижения казаков на восток, и лишь в советские времена стал столицей Бурятской автономии.
– Красиво, – кивнул на иллюминатор Абраимов.
– Не отвлекайтесь, – оборвал его Фурсенюк, гадая, с чего это эмиссара потянуло на эмоциональные оценки.
– Завтра на судне собираются менять спусковую группу, – откинулся на спинку кресла генерал. – В том числе пилота.
– А вот это уже интересно, – поднял брови министр. – Мы сможем послать на «Мир» своего человека?
– Запрограммируем штатного члена экипажа, – перебил начальника УВД Цегер.
– Отличная мысль! Успеете?
– Постарайтесь, господа, при положительном исходе замысла вас ждёт поощрение.
Вертолёт пролетел над небольшим населённым пунктом («Ильинка», – сказал кто–то из группы сопровождения), потом над невысокой горой («Коврига», – прозвучал тот же голос), и впереди показалась голубовато–туманная полоса Байкала.
Выборг встретил гостей моросящим дождём. Пришлось доставать куртки и зонтик.
– Я на пару часов отъеду, – сказал Ылтыын, – потом позвоню. А вы пока устраивайтесь. Родители не выгонят?
– Куда? – засмеялась Юна. – Они у меня хорошие, правильные, поймут.