Не верилось, что эта груда железа способна летать.
– Садимся, – сказал Ылтыын, вылезая из джипа. Обошёл машину, наклонился к окошку водителя. – Жди здесь, никуда не уезжай.
Залезли в пустой отсек «Ми–8», напомнивший ржавую бочку. Внутри него и пахло соответственно: рыбой, гнилыми овощами и ржавчиной.
– Не грохнемся? – понизил голос Роман.
– Думай о деле, – посоветовал бывший разведчик. – У нас всего полтора–два часа.
– Потом наступит комендантский час.
– Привыкай, здесь свои законы, да и темнеет раньше.
Юна тихонько погладила локоть Романа.
Он признательно прижал её пальцы локтем, чувствуя молчаливую поддержку любимой.
Взлетели. Под вертолётом распахнулась водная ширь, уходящая к горизонту.
Спутник Ылтыына достал усик беспроводной мобильной связи, закрепил на ухе. За всё время в пути от Выборга до Улан–Удэ и дальше он не произнёс ни слова. Роман невольно позавидовал его терпению и спокойствию. Что бы ни случилось, парень выполнял свои обязанности, не переживал напрасно и не думал о посторонних вещах вроде ржавой «вертушки».
Пролетели над полусотней островков и проток, образующих дельту Селенги в месте её впадения в Байкал.
Ылтыын поднялся с лавки, заглянул в кабину управления и вернулся.
– Через десять минут подлетим к базе на три–четыре километра. Ближе нельзя. Готовься.
– Я готов, – буркнул Роман.
Ылтыын внимательно глянул на него, подсел ближе.
– Знаешь, как работают шаманы? Отец мне рассказывал.
– Не знаю, в моём роду шаманов не было.
– Если им требовалось узнать какой–нибудь секрет, они представляли себе местность, где находится этот секрет, и задавали мысленно вопрос.
– Ответ приходил как бы сам собой, ниоткуда. Это правда, я и сам так делал. Самое интересное, что, если представить н е з н а к о м у ю местность, где ты не был ни разу, и задать вопрос, всё равно получишь ответ.
– От армянского радио? – пошутил Роман.
– Не знаю, может, и армянского, но эта штука работает, висв. Если что не получится обычным способом, попробуй этот.
– По шаманским поверьям – духи природы.
– Для того, кто слышит, проявляется канал связи с общим информационным полем Земли, читал небось. Поговори с Тамерланом, он физик, как и Харитоныч.
Вертолёт поднялся повыше, пошёл по кругу с креном на правый борт.
Пассажиры приникли к иллюминаторам.
В центре окружности, описываемой вертолётом, стал виден белоснежный кораблик, лодки, кораблик поменьше.
– Большой – это «Метрополия», – сказал Ылтыын, – база «Миров».
Роман несколько мгновений вглядывался в кораблик, застывший на тёмно–синей глади, откинулся на спинку лавки, закрыл глаза.
Юна снова погладила его пальчиком по локтю, давая понять, что она рядом и готова поддержать, но он уже «вылетел» из тела и незримым облачком опустился на корабль.