Писали по–русски, но неумело, как курица лапой, отчего буквы русского алфавита казались незнакомыми.
«Позвони по телефону, висв (далее шёл номер мобильного). Договоримся о встрече. Не докладывай никому об этом — убём жену (так и было написано — через букву «ё»), она у нас. Даём на размышления двадцать четыре часа».
Подписи на записке не было.
Похолодело в груди. Роман уставился в листок остановившимся взглядом.
Они знали, что он выйдет именно здесь! Но главное, у них была Юна! Как они её нашли?!
Какой–то звук вторгся в мёртвую тишину комнаты отдыха.
Роман вскинул голову, прислушиваясь.
Звук повторился. Точнее, не звук — мысленный вызов:
«Рома, ты меня слышишь?»
«Слава богу, объявился! Мы тебя ждём!»
«Знаю, встретимся, поговорим».
«Они дали двадцать четыре часа…»
«Ты с ними встречался?»
«Нет, несколько минут назад я вышел в министерстве».
«Как славно, и мы тебя ждём у министерства! Извини, не дослушал».
«Убит какой–то тип, в кабинете».
«Дьявольщина! Наверно, Метельский, бывший зам Фурсенюка, он сейчас и.о. министра. И что?»
«На столе меня ждала записка: «Юна у нас» — и всё такое прочее».
«Понял, выбирайся оттуда. Помощь нужна?»
«Нет, справлюсь, ждите».
«Машина стоит в Козицком переулке, серебристый «Фольксваген Туарег», номер «три четвёрки».
Роман очнулся, ещё раз пробежал глазами текст послания, бросил взгляд на тело мертвеца (интересно, кто его убил и каким образом удалился без шума — свои?) и направился к двери.
Кабинет министра не изменился. Новый глава министерства ничего не стал в нём менять, словно чуял, что хозяином будет недолго.
Роман успокоил дыхание, зажал сердце в тиски воли, сосредоточился на важении , нажал кнопку селектора, проговорил неразборчиво:
Дверь через пару секунд открылась, вошла секретарша, обтянутая деловым костюмом, как рука перчаткой.
Он не дал ей времени удивиться, набросил на голову тёмную «наволочку» «засоса», погасил сознание.
Вышел из кабинета в приёмную, где обнаружилось четыре посетителя, ждущие, очевидно, вызова министра.
Если убийца выходил здесь же, пришла мысль, то он обладает немалым пси–запасом и способен отводить глаза.
Но он мог воспользоваться и В–порталом, возразило «второе Я» Романа.
Словно в ответ на это из кабинета прилетел скрежещущий грохот. Задрожали стены и пол приёмной. С подставки упал и разбился вдребезги стеклянный графин с водой.
Посетители вскочили, послышались крики.
Роман понял, что неведомый убийца Метельского взорвал В–портал. Он предусмотрел всё.
Дверь приёмной открылась, вбежала женщина с короткой причёской, за ней двое парней.
Роман воспользовался тем, что дверь осталась открытой, выскользнул в коридор и, оставаясь незамеченным, под «колпаком непрогляда», покинул здание Министерства образования.