«Нет! Не хочу рисковать! Идти надо сейчас, пока они не опомнились!»
Снова канал неяслуха превратился в поток тишины, которую через несколько мгновений нарушил мысленный голос Олега Харитоновича:
«Это решение окончательное?»
«Дело не во мне. Ты сам должен знать, что делаешь».
«Прошу только об одном…»
«Я сделаю для тебя всё, что в моих силах. Когда–то я тоже просил своего учителя помочь мне. Он ответил мне: «Я просил у жизни сил, а она дала мне трудности, чтобы сделать меня сильным. Я просил мудрости, а жизнь дала мне проблемы для их преодоления. Я просил благ, а жизнь дала мне возможности. Я ничего не получил из того, что просил. Но я получил больше, чем мне было нужно».
«Настоящее понимание придёт позже. Алтын с тобой?»
«Мы идём туда вместе».
«Возвращайтесь живыми! У нас ещё много работы».
Голос координатора потерялся в шелестящей тишине пространства.
Роман встретил взгляд Ылтыына.
— Ты говорил с Харитонычем? — спросил эскимос понимающе.
— Наш путь лежит в Брюссель.
— Да хоть к чёрту на кулички!
Роман протянул руку и встретил ладонь друга.
Шанс на независимость
Роман никогда не был в Брюсселе и ориентироваться в нём не мог. К счастью, Ылтыын напомнил ему об этом ещё до старта с крыши отеля «Марина Бей Сэндс», и Волкову хватило терпения не мчаться в неизвестность сломя голову, а сначала изучить предполагаемое место действия. Хотя душа рвалась, звала любимую и ждать не хотела.
Необходимую информацию они получили по Интернету: в сумке запасливого шамана Юри нашёлся работающий айпод. Устроившись после боя с Мессиром и Гловитцем в одном из пустующих модулей отдыха на крыше отеля, нашли сведения о Брюсселе, затем об Интерполе и несколько минут переваривали прочитанное.
— Селение на болоте, — хмыкнул эскимос, имея в виду, что именно так название столицы Бельгии звучало в переводе с нидерландского.
Роман пропустил слова друга мимо ушей. Его занимал один вопрос: где в Брюсселе искать Юну. Данные о возникновении города и его история мало интересовали. Хотя в другое время он не без удовольствия изучил бы достопримечательности нидерландской столицы.
Единственное, что зацепило чувства, было не первое упоминание о поселении — девятьсот девяносто шестой год новой эры, а его архитектура, выполненная в «истинно» готическом стиле и стиле барокко. Виды архитектурных ансамблей Брюсселя — Гран–плас и Лакен действительно впечатляли.
— Почему Гловитц выбрал Брюссель? — задал вопрос Роман не столько Ылтыыну, сколько самому себе.