За столом сидел мужчина в джинсовом костюме, разглядывающий в растворе компьютерного монитора какие–то картинки. Он поднял голову, и Роман поёжился. Глаза у хозяина кабинета были абсолютно прозрачные, заполненные ледяным холодом.
Крутоплечий здоровяк, проводивший Романа, поклонился, вышел.
Ледяноглазый оценивающе осмотрел гостя, повёл рукой:
– Вы представлялись мне иным. Присаживайтесь, господин Волков. Приятно, что вы вовремя, ещё приятнее – что без сопровождения. Рад познакомиться.
– Без взаимности, – сказал Роман, не двигаясь с места.
Во взгляде Арчибальда проскользнула насмешка.
– Ради бога, я вас не укушу. Просто разговаривать удобнее сидя. А вы молодец. Вы третий русский, кто меня удивил.
Роман подумал, присел на краешек дивана.
– Кто же был вторым?
– Ваш приятель разведчик Алтынов.
Роман качнул головой.
– Надо же, какая честь для меня. Где Даниэла?
– Не беспокойтесь, она в надёжном месте.
Мысль Арчибальда метнулась куда–то вдаль: мелькнули дома, лес, река, дорога, шлагбаум (Роман воспринял мыслепоток как чувствительная антенна, настроенная на восприятие пси–волн), – и превратилась в колючую стену.
– Не думал, что в России есть такие сильные пси–операторы, – продолжал он. Слова прозвучали скорее как осуждение, нежели как восхищение. – Вы дважды перешли мне дорогу, господин блэкзор, и случайностью назвать это нельзя.
– Я не блэкзор, – угрюмо возразил Роман.
– Дело не в терминологии. Мы с вами одного пола ягоды.
– Что, простите? Ах, да, снова русские нюансы. Ваш язык так разнообразен и гибок.
– Короче, господин Феллер.
Брови ледяноглазого взлетели на лоб.
– О–о, браво, господин Волков. Не спрашиваю, как вам удалось узнать мою фамилию, хотя вынужден признать, что раньше это никому не удавалось. Вы сильнее, чем я представлял. В связи с этим озвучиваю предложение моих шефов, хотя и не верю, что вы согласитесь.
– Не ходите вокруг да около.
– Как, около? Забавное слово, надо взять его на вооружение. Итак, наше предложение: переходите на нашу сторону, уважаемый блэкзор, и будете иметь всё, что пожелаете.
Роман усмехнулся, почуяв, сколько спеси и презрения вложил в свою речь американец, чьими предками были индоевропейцы, славящиеся своей русофобией независимо от государственного строя России. Их богом был и будет слоган «иметь!», в то время как слоганом русичей было и остаётся «быть!».
– У меня есть всё, что нужно.
Арчибальд засмеялся. Зубы у него были ослепительно белые.
– Представьте, именно эти слова я и ожидал услышать от вас. Вы хороший образчик своей породы, сэр Волков. Переубеждать таких людей я не берусь. И всё–таки вы не отдаёте себе отчёта, что у нас есть козырь, а у вас нет. Поэтому мой совет: примите предложение от хорошего.