Наказание Рики — это яркий пример жестокого наказания. В уголке скромности он прятится, пытаясь защищать себя от издевательств с помощью цепей, но все его усилия напрасны: Ясон надменно обозревает его беззащитность и продолжает насилие. Книга оставляет читателя в дрожании и решимости помочь герою....
Звуки, которые он издавал, сводили блонди с ума, а когда монгрел простонал его имя… он не смог устоять и взял своего пета силой, утолив, наконец, неистовое желание, которое держал в узде все эти годы. И столь ослепительным был экстаз, что блонди даже закричал в голос — чего доселе никогда себе не позволял. Почему же и получаса не прошло, как Рики превратился в капризного мальчишку и устроил очередной праздник непослушания? С какой стати он… плюнул в хозяина? Было ясно, пет по какой-то причине сознательно его провоцировал.
"Ясон перебрал в памяти последние подвиги Рики. Монгрел выкинул с балкона флакон — зачем? Так сильно рассердился на то, что хозяин взял его без подготовки? Или же ревнует к Раулю? Вторая причина даже слегка порадовала Ясона — нет, если уж начистоту, чрезвычайно порадовала, — хотя он и не был до конца уверен, что вспышку мятежных настроений вызвала именно она. Темное пламя в глазах Рики не оставляло места для теплых чувств. Казалось, все усилия хозяина по приручению непокорного пета пошли прахом, и все часы, проведенные вместе в сладких объятиях, не стоят и ломаного гроша.
Ясон вздохнул. Сколько же еще времени понадобится, чтобы укротить темноволосого монгрела? Целых два года прошло, и Ясон начинал терять терпение. Что еще придумать? К каким еще средствам прибегнуть, чтобы заставить Темного Рики склонить голову?
Рики казалось, что Ясона нет уже целую вечность. Мышцы рук и ягодиц сводили судороги, но, несмотря на неудобную позу, монгрел гордился собой: по крайней мере, сохранить крупицу самоуважения ему удалось.
Вернувшись в комнату, блонди прислонился к стене и скрестил руки на груди.
— Ну что, хоть немного раскаиваешься?
— Пошел в зад, тупой извращенец!
— Именно к тебе в зад я и пойду — если уж выражаться твоим плебейским языком.
Ясон расстегнул ширинку, подошел к своему пету сзади и за волосы рванул его голову на себя.
— Приношу свои извинения, — шепнул он на ухо Рики. — Следовало бы нанести побольше смазки, но, кажется, мой флакон куда-то пропал. Ничего не попишешь, придется компенсировать отсутствие смазки силой и скоростью.
— Конченый садист!
Рики почувствовал, как руки в перчатках потянули его бедра назад, насколько позволяли пружины Т-стенда. Он собрал волю в кулак, твердо вознамерившись не проронить ни звука. Но, когда блонди тараном вломился в него, от адской боли монгрел не сумел сдержать крик. У него внутри и так все жгло после предыдущего вторжения хозяина, и вытерпеть новую атаку было выше его сил.
