О чём книга «Укрощение зверя»
Рождающийся летний свет переливался среди белесых холмов и полей, словно тысячи ожили после зимней неподвижности. Ростислав Видеев глубоко吸了大气,深吸一口气,眼前的世界仿佛重新绘制了一番,充满了生机与活力。

Автор
Рождающийся летний свет переливался среди белесых холмов и полей, словно тысячи ожили после зимней неподвижности. Ростислав Видеев глубоко吸了大气,深吸一口气,眼前的世界仿佛重新绘制了一番,充满了生机与活力。
Захотелось испытать головокружительное кувыркание внутри прозрачного шара еще раз, тем более что всей компании спуск на зорбах обошелся практически бесплатно (Пашка постарался не ударить лицом в грязь и упросил свою суженую, с которой познакомил всех приятелей, дать им возможность покататься). Довольная и усталая компания разбрелась по домам, пообещав встречаться каждый раз, как Максим заедет в Мезень.
Максим доехал от порта до своей улицы на автобусе, соображая, что будет делать вечером.
– Максим Валерьевич, задержись на минутку.
Максим, удивленный обращением – по отчеству его называли редко, – оглянулся.
Мужчины догнали его. Один постарше, с усами и седоватой бородкой, в длинном сером тулупе с меховым воротником, в шапке, второй помоложе, но тоже в летах, невысокий, крепкий, спокойный, внушающий удивительную уверенность и надежность.
– Кто вы?
– Добрый вечер, – поклонились незнакомцы, и тот, что был помоложе, добавил: – Меня зовут Георгий, я звонил тебе утром.
– Да, я помню, бабушка говорила… но я вас не знаю.
– Пройдемся? – мягким глуховатым басом предложил второй незнакомец. – Да ты не бойся нас, Максим Валерьевич, ничего худого мы не замышляем. А меня можешь звать Иннокентием.
– Я не боюсь… Иннокентий… э-э…
– Просто Иннокентий, – усмехнулся Георгий. – Или волхв Иннокентий.
– Волхв? – недоверчиво пробормотал Максим. – Вы не шутите? Волхвы же… это… из мифов…
– Нет, волхвы не миф. Просто власти не торопятся признать, что история ведающих мир людей не кончилась, намеренно искажают истинную информацию, задурили молодым головы с помощью средств массовой дезинформации.
Максим вдруг проникся терпеливой убежденностью и достоинством подошедших к нему незнакомцев, кивнул:
– Хочу.
– Тогда прогуляемся до твоего дома, покалякаем, если не возражаешь.
Они двинулись по улице, освещенной редкими фонарями, к дому Бусова.
Иннокентий заговорил первым.