Алекс внимательно посмотрел на громилу и несколько секунд обдумывал идею принять вызов, но потом сдался. В другое время он, вероятнее всего, предпочел бы побороться. В конце концов, он тоже не слабак, и еще вопрос, кто вышел бы победителем в схватке. Только сейчас у него не было ни единого шанса. Он был слаб, болела голова, и вообще самочувствие оставляло желать лучшего. Поэтому он молча кивнул и устроился полулежа.
— Вот и хорошо. Я ничего не имею против хорошей потасовки, но ты сейчас в таком состоянии, что не сможешь быть мне достойным соперником. — Каллен взял один из стульев у очага, поставил его вплотную к кровати и сел.
Какое-то время они молча разглядывали друг друга. Первым молчание нарушил Каллен.
— Как Тунис? — спросил он.
— Жаркий и кровавый, — сухо сказал Алекс и улыбнулся, поскольку его собеседник весело расхохотался. Они обменялись улыбками, и Каллен сказал:
— Похоже, в д'Омсбери проблемы. Я могу только посочувствовать. У нас тоже были проблемы, когда я привез сюда твою сестру. Рад сообщить, что сейчас все в порядке, — сказал он и полюбопытствовал: — Ты хочешь сначала послушать, что было у нас, или расскажешь о том, что приключилось с тобой?
Алекс мгновение молчал. Он решил, что Дьявол ведет честную игру. Этот человек начинал ему нравиться. И Алекс предложил Каллену рассказать свою историю.
Он молча выслушал рассказ своего нового зятя о том, что происходило, когда Эвелинда приехала в замок. Каллен ничего не преувеличивал, но и ничего не скрывал. Не щадя себя, он говорил о своих ошибках и удивлялся собственной слепоте. Он был честен, и Алекс по ходу повествования искренне сопереживал: улыбался, хмурился, удивлялся. Но вот повествование закончилось, и настала его очередь.
Он считал своим долгом быть столь же честным и откровенным и с максимальной точностью рассказал обо всем, что случилось после приезда Мерри в д'Омсбери. Каллен слушал молча и очень внимательно. Дойдя до того, как он вышел из палатки, чтобы облегчиться, и получил удар по голове, Алекс растерянно замолчал. Дальше он почти ничего не помнил. У него лишь сохранились очень смутные, обрывочные воспоминания о том, что его куда-то волокут, потом на него свалилась Мерри, которая говорила срывающимся от тревоги голосом, и в заключение был долгий изнурительный путь обратно в лагерь.
Каллен сообщил, что рассказала Мерри, и надолго замолчал, задумчиво потирая рукой массивный подбородок.
