Автор
Кристина Штерн, дочь олигарха, стремится получить Степана как наложника своего гарема. Их отношения развиваются в условиях жесткого противостояния, когда Степан оказывается перед выбором между подчинением и другими последствиями. Взаимодействие с властными фигурами создает напряженную интригу.
Раздел Chitat.online для книги «Укрощение строптивой (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Кристина Штерн, дочь олигарха, стремится получить Степана как наложника своего гарема. Их отношения развиваются в условиях жесткого противостояния, когда Степан оказывается перед выбором между подчинением и другими последствиями. Взаимодействие с властными фигурами создает напряженную интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Кристина Штерн, дочь олигарха, стремится получить Степана как наложника своего гарема. Их отношения развиваются в условиях жесткого противостояния, когда Степан оказывается перед выбором между подчинением и другими последствиями. Взаимодействие с властными фигурами создает напряженную интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А ещё через неделю меня тормознули на улице трое секьюрити. Они подъехали на тонированном джипе.
— С тобой хотят поговорить. — Сказал один из них.
— По моему мы уже поговорили с этой сучкой. Больше с ней общаться я не собираюсь.
— Язык попридержи. С тобой будут разговаривать серьёзные люди.
— Я сегодня не настроен вести серьёзные разговоры… — Договорить не успел. Меня вырубили электрошокером…
… - Алекс, зачем так? Я же просил вежливо его пригласить.
— Извините, босс. Но он не хотел ехать. Начал хамить.
Я открыл глаза. Было хреново. Находился в каком-то помещении. Не подвал и то ладно. Я полулежал на кожаном диване. На руках были наручники.
— Пришёл в себя? — Вопрос был адресован мне. Спрашивал седой мужик. Я узнал его. Это был Штерн Александр Осипович. Глава всей этой долбанной семейки.
— Знаешь кто я? Кристина моя дочь.
— Серьёзно? А я думал племянница. У вас фамильное сходство. Во всём.
Штерн усмехнулся: — Шутник?
— Ага, у нас это семейное. Петросян мой дядя!
— Это хорошо, что ты шутишь. Алекс сними наручники.
Сидел на диване и растирал запястья. Козлы, стянули браслеты так, что сейчас по рукам бегали мураши.
— Ну-с, молодой человек, поговорим?
— О чём? О трёх миллионах? Так нет у меня их. Ваша доча в курсе.
— И о трёх миллионах в том числе. У меня к тебе Степан Олегович, будет деловое предложение. — Олигарх смотрел на меня испытывающее. Деловое предложение? Очень интересно! Он что, тоже хочет мне предложить роль наложницы у его сумасшедшей дочки?
— Какое предложение?
— Вот смотри. Кристине уже двадцать восемь лет. Она единственный ребёнок у меня. Так получилось, я не могу больше иметь детей. Поэтому она любимица и ей ни в чём не было отказа. В итоге, из неё получилась развращенная и конченная стерва. Да я это знаю. Но она моё дитя. — Мужчина взял со стола бутылку дорогого коньяка, мне целый месяц на такой пахать надо, и плеснул в два бокала. — Выпьем?
Я взял коньяк. Решил не отказываться. Если честно, то я ничего не понимал.
— Пять лет назад, была попытка выдать её замуж. Кандидатура была очень хорошая. Ты должен понять, что юноша был из нашего круга. Но к сожалению попытка окончилась неудачей. Она как будто с катушек слетела. Кристина и раньше была не подарок, а выйдя замуж, совсем пустилась во все тяжкие. Он её чуть не убил. Она просто довела его до белого каления. В итоге, они разошлись. Не каждому мужчине нравиться, когда его унижают на глазах у всех, причём демонстративно. Я не буду рассказывать, что она вытворяла. Тем более, он сам был из известной семьи. На этой почве между нашими семьями чуть было не случился серьёзный конфликт. Удалось его уладить. Делать вторую такую попытку я не буду. Бизнес не должен страдать. — Штерн опять плеснул коньяка.
