В третей части трилогии Укрытие, автор покажет, как уцелевшие от падения прежнего мира люди начинают строить новую жизнь из грязи и пепла. Книга "Пыль" завершает историю подземных убежищ, показывая, что настоящий мир не выживет без глубокой трансформации.
— Я не хочу сражаться, — сказала Ханна.
Она поморщилась, отняла ребенка от натертого соска и начала перестегивать лямки комбинезона, чтобы поменять грудь.
— Тебе не придется сражаться, — ответил Риксон, помогая Ханне с комбинезоном.
— Раньше они нас не беспокоили, — сказал Майлс. — Мы жили здесь годами, и они приходили, брали, что им было нужно, и с нами не воевали. Быть может, эти поступят так же.
— Это было давно, — буркнул Риксон. Он посмотрел, как младенец пристроился к материнской груди, потом пролез под ограждением и нырнул в темноту на поиски пищи.
— Но они приходили, — возразил Майлс. — И приносили нам разные вещи.
— Вроде Элизы и ее сестры? — спросила Ханна. Теперь и она, и Риксон растили осиротевших брата и сестру.
Она стала баюкать малышку, это сосущее подтверждение того, насколько они теперь не дети.
— Я хочу, чтобы они просто ушли, — упрямо заявил Майлс и стукнул кулаком по фонарику. Тот брызнул светом, как срыгнувший младенец. — Хочу, чтобы все опять стало нормальным. И чтобы Маркус был с нами. Мне без него не по себе.
— Помидор, — сообщил Риксон, с победным видом выныривая из тени.
Он навел на плод луч фонарика, и тот бросил красноватый отблеск на их лица. Материализовался нож. Риксон разрезал плод на три части и первый кусочек протянул Ханне. Похожий на кровь красный сок капал с его ладони, с губ Ханны и с ножа. Они съели помидор в относительной тишине, голоса в коридоре были отдаленными и пугающими.
Джимми ругал себя, поднимаясь по лестнице. Ругался он так, как привык, негромко бормоча, чтобы словам не приходилось совершать долгий путь от губ до ушей.
— Нет, не как Тень, — пробормотал он.
Тень почти всегда вертелся под ногами. И Джимми вечно спотыкался о кота. С Элизой было совсем по-другому.