Автор
Мари вынуждена скрывать свои истинные чувства за улыбкой, прячась от боли безответной любви к другу брата. В попытке наладить жизнь она столкнётся с необходимостью выбора между комфортной ложью и опасной правдой, которая изменит всё.
Мысль о том, что, может быть, он устал и хочет спать, проносится у в голове, но тут же её заменят другая, что ему просто тяжело дышать, ведь я давлю на него слишком сильно.
Ёрзаю в его объятиях и меняю положение. Теперь сижу к Райли боком, опираясь поясницей о его бедро и перекинув свои ноги через другое. Щекой тихонько прижимаюсь к груди, стараясь сильно не давить.
Сначала Райли теряется, но как только я устраиваюсь, он тут же обнимает меня за плечи и накидывает на нас одеяло.
— Поговорить, — произношу, наслаждаясь моментом.
— Хорошо, давай поговорим. Предлагай тему.
Выпаливаю первое, что приходит в голову:
— Что ты знаешь о кошачьих акулах?
Грудь Райли трясётся и я вместе с ней. Он что, смеется?
— О кошачьих акулах? Хм… дай подумать… У них есть усы и хвост? — произносит Райли сквозь смех.
Сейчас мне кажется, что это самый прекрасный звук на свете. Рада, что все еще способна вызывать в нем хорошие эмоции.
— И это все? — дразню его. — Я-то думала, ты умный.
— Ну прости, что разочаровал тебя. Акулы немного не моя тема. А что знаешь о них ты, Рири? Давай просвети меня.
— На самом деле не так много. Кошачьими они называются потому, что они так же хорошо видят в темноте и являются ночными хищниками. Это не очень большие и милые акулы, длиною в среднем до полуметра, хотя Джонни где-то метр, наверное.
— Джонни? — удивляется Райли.
— Да, мой друг.
— Твой друг Джонни — кошачья акула?
Искренне не понимаю, что его так удивляет. Надо бы их познакомить как-нибудь. Думаю, они точно понравятся друг другу.
— Да. Не пойму что тебя смущает?
— Хм… Ничего… Конечно ничего. Просто у меня нет таких крутых друзей.
— Я вас как-нибудь познакомлю, — киваю сама себе.
— Хорошо, — говорит Райли довольным тоном и целует меня в макушку.
Нежность прикосновения окрыляет, и я, кажется, вижу розовое свечение окружающее нас. Интересно, когда уже пройдут эти глюки? Меня уже начинает серьезно волновать, все происходящее. Может, сознание очищается?
— Кажется у меня галлюцинации. Я веду себя странно? — спрашиваю взволнованно."
"— Завтра все это пройдёт. Ты ведёшь себя мило, как маленькая девочка, — в его голосе чувствуется улыбка, а в словах умиление.
Снова это розовое свечение. Тру кулачками глаза, прогоняя наваждение. Райли гладит меня по руке вверх-вниз, наверное, чувствуя, что мне нужна его поддержка.
— Я так рада, что ты рядом. С тобой я ощущаю себя в безопасности, — практически шепчу, боясь, что кто-то ещё может услышать это, хотя и знаю, что в комнате только мы.
