Такой след ни с чем не спутаешь, нигде нет даже его мизерных остатков, так что, скорее всего, мяукающий хищник в данном городе не бывал. Или бывал, но очень, очень давно. Ну и отныне следовало не только учитывать опасность с воздуха, но и осматриваться по сторонам с таким умыслом, чтобы просчитывать все свои движения на десять шагов вперед. То есть, если будет заметна хоть какая-то опасность между руин, следует за три удара сердца, а то и быстрее спрятаться в безопасную и глубокую щель. И в данном случае знание всех убежищ и подвалов выходит на первое место. А вот изучить их расположение и подходы к ним за время пребывания в этом мире оказалось нереально.
Без этого оставалось только выбирать: с риском для жизни отправляться для контакта и налаживания сотрудничества с братьями по разуму или уйти в глухое подполье и прекратить все действия до прибытия спасателей в виде божественных сущностей, подданных Хардийской империи.
Имелся еще один вариант: тупо надеяться на орангутангов, или, как они себя назвали, на желлатуков. Если бы мутант-переросток сунулся к ним, мохнатики бы его быстро успокоили, и если не сразу уничтожили, то наверняка так припугнули бы своим оружием, что котяра сбежал бы на противоположную сторону планеты.
Но вот как оно получится на самом деле?
Александр Константинович вначале выбрал выжидательную тактику. Взобрался на самую высокую стену, которую отыскал в окрестностях своей берлоги, и более часа провел в непрерывном и тщательном наблюдении. С одной стороны, можно предположить, что время потрачено даром, но если смотреть по-иному – спокойствие того стоит.
Получалось, что хищник или совсем убрался из города, или знатно переел во время предутренней охоты у реки и теперь отсыпается где-нибудь в укромном месте. И сон у него сейчас наиболее крепок. Если рискнуть и поспешить к желлатукам, то вполне можно проскочить за несколько часов. По крайней мере, взобраться на левый холм и осмотреться уже оттуда следовало в любом случае.
На этот раз Александр с собой не брал ни запасов пищи, ни емкости с водой. Потому что пришлось волочь два самых длинных и тонких лома. Волочь и жалеть вслух:
– Эх! Сюда бы Кормильца с его силищей! Он бы эти ломы метал, как дротики. Два броска – и дело в шляпе! Ха! Мне кажется, такой здоровяк, как наш Миха, может и петуха на лету сбить. Кстати, на оружие братьев по разуму надеяться – не есть гуд. Следовало бы и самому какой лук простейший сварганить. Вдруг самому охотиться придется? А хорошей стрелой нутрию-переростка подстрелить – дело нехитрое. Кажется.
Сомнения имели веские основания. Когда-то Броди и лук не раз делал, и стрелы, и стрелял сносно, но за последние десять лет ни разу подобного оружия даже в руках не держал.