Автор
В марте 1927 года в Москве начинается катаклизм: отец девочки Рогожского уезда приказал отправить ее обратно к бабушке, оставив без денег и крыши над головой. Управляющий домом молодой парень Семён управляет семейным особняком, но его новая хозяйка — сирота-подросток — начинает вызывать хаос в этом мире. Атмосфера книги — это непреодолимый гнет и холодный расчет, ощущаемые под бушующей экономической кризисой....
Вечер плавно перетек в ночь, фонаря на улице не было, и голос раздавался из темноты. — Может, ловушка?
— Затаился и помидорами нас закидает? — ответили ему. — Главное, чтобы не убег, голубчик, с нашими деньгами.
В комнату прошел один человек — его Травин узнал. Агент Гладыш. Руки у агента были свободны, он обшарил взглядом залу, прошел в столовую, оттуда в кухню.
— Пусто! Но из дома они не выходили, это точно.
— Наверх, — сказал голос из прихожей.
В зале появился второй знакомый Сергею агент, Прокопенко. Он достал из кармана маленький револьвер, взбежал наверх, порыскал там несколько минут, спустился вниз, подергал дверь в подвал.
— Заперто изнутри, — доложил он. — Точно, ловушка. Что будем делать, барин?
Ответить барин не успел. Травин аккуратно спрыгнул с антресолей, ногой втолкнул его в зал, закрыл входную дверь на засов и сам зашел в комнату."
"— Значит, ловушка, — Карецкий поднялся на ноги, отряхивая пыль с брюк. — Не в свое дело ты полез, Сергей Травин, предупреждали же тебя, дурака, держаться подальше, не послушал.
— Пристрелить его? — Прокопенко прицелился.
— Нет, шуметь не будем, сначала его аккуратно прикончим, а потом Ковальских, — распорядился субинспектор. — Из подвала никуда не денутся. А то прискочит доблестная милиция, и денежки-то тю-тю. Так, Сергей Олегович? Ты ведь не только себя под смерть подвел, но еще и целую семью. Отца семейства, его жену и двоих ребятишек.
— Детей здесь нет, — Сергей стоял в дверном проеме, следя сразу за троими. — Я их спрятал.
— Умно. Гладыш, Прокопенко, разберитесь с ним, — Карецкий достал короткий револьвер, уселся на стул, — потом нэпманом займитесь.
Агенты достали клинки, Прокопенко был серьезен и собран, держал в руках каму, Гладыш, доставший бебут, довольно улыбался и даже щурился в предвкушении схватки.
Сергей вытащил нож для разделки мяса, браунинг пока не трогал — если на место прибудет наряд милиции, понятно, кому в первую очередь поверят. С ножами он дружил с тех пор, как попал в Российскую армию, и быстро уяснил правило — не получай ранений в самом начале, останешься без сил.
Агенты медлили, и Травин решил ускорить события. Он переместился к Гладышу, который загораживал путь к Карецкому.
