Автор
В марте 1927 года в Москве начинается катаклизм: отец девочки Рогожского уезда приказал отправить ее обратно к бабушке, оставив без денег и крыши над головой. Управляющий домом молодой парень Семён управляет семейным особняком, но его новая хозяйка — сирота-подросток — начинает вызывать хаос в этом мире. Атмосфера книги — это непреодолимый гнет и холодный расчет, ощущаемые под бушующей экономической кризисой....
— Тому, кто эту бухгалтерию придумал, надо причинные места отстрелить, — пожаловался он Дарье Павловне, провожая домой после воскресной прогулки. — Это ж надо так научить людей запутывать.
— Лука Пачоли умер пятьсот лет назад, — фельдшерица была чем-то озабочена и заметно нервничала, хоть и старалась это скрыть, — при всем желании, Павел Евсеевич, вы бы его не наказали.
— Откуда вы столько знаете, Дарья Павловна? — деланно восхитился следователь, но фельдшерица на неуклюжую лесть не повелась.
Мальцев довел предмет воздыханий до крыльца, она поднялась на ступеньку, потянулась к ручке двери и внезапно остановилась.
— Помните, Павел Евсеевич, вы меня аккурат неделю назад насчет управдома нашего, Сергея Олеговича, спрашивали. Не видела ли я, выходил он куда вечером среды.
— Да, — напрягся Мальцев.
— Так я не видела ничего, — фыркнула фельдшерица и скрылась за дверью.
Мальцев дождался, пока дверь закроется, сплюнул.
— Не пойму, выгораживает она его или нет? Разберусь. Другое плохо, я, взрослый человек, веду себя как прыщавый пацан.
Со стороны соседнего дома слышался скрежет железа. Мальцев прошелся по дорожке, соединяющей обе постройки, пригляделся. Травин возле крыльца копался в своем мотоцикле. С новым управдомом следователь пить не собирался, но решил поздороваться. Ненавистный управдом-инспектор был занят тем, что пытался вставить стержень с квадратным сечением в круглое отверстие, и, судя по напрягшимся мышцам и скрежету, у него были все шансы это сделать.
"— Привет, товарищ Мальцев. К искусству приобщались?
— Здравствуйте, Сергей Олегович, не возражаете?
Мальцев присел на ступеньку рядом с Травиным, который напильником начал стержень обтачивать.
— Милости просим. Как расследование идет? Узнали, чего это эти бандиты на меня накинулись?
Следователь помолчал немного, обдумывая, стоит ли вообще этому выпендрежнику что-то говорить, но потом решился:
— Вы, товарищ, вроде в милиции работали раньше?
— Поскольку мы тут жопами на одной деревяшке сидим в наше нерабочее время, вы, товарищ следователь, можете меня называть по имени и на «ты», — изобразил улыбку на чумазом лице Травин.
— Ну тогда и я для тебя неофициально Паша, — Мальцев примирительно поднял ладони. — Вот скажи, как думаешь, зачем эти грабители вообще залезли на склад?
Неожиданно Травин нахмурился.
