Мы готовили вместе, занимались оросительной системой, я помогала ухаживать за растениями, но главное, мы много разговаривали. Порой создавалось ощущение, что он, как и я, впитывает происходящее, старается запомнить как можно больше, дорожит каждым моментом. Нечестно, что нет способа поддерживать связь, когда я окажусь дома. Несправедливо!
Несколько часов в обществе других драконов многое расставили по местам. Лежа полночи без сна, я прекрасно понимала, что с призывом сдерживать чувства Дэрек опоздал. Какой бы неожиданностью для меня самой это ни было, но за неполную неделю я влюбилась в него. Никогда не думала, что способна на такое скоростное развитие чувств, но отрицать реальность дальше было просто бессмысленно. Я хотела быть с ним, наслаждалась обществом, а единство магии и вовсе сводило с ума! Меня влекло к Дэреку на всех возможных уровнях. Ум, сердце, чувства и магия — все говорило о том, что Дэрек тот самый, та самая идеальная половинка.
Что делать с этим открытием, я даже не представляла. Ставить на одну чашу весов семью и родной мир, а на другую — возможно, безответную влюбленность?
Зачем он согласился показаться в драконьем облике? Как зло посмеялись над ним Огнедышащие, подкинув идею полетать вместе с Верой! Да, конечно, вначале это было наслаждение в чистом виде. Ее отклик на полет, восхищение драконьей ипостасью, удовольствие от каждой минуты, проведенной в небе вместе… Но поцелуй, желанный и несостоявшийся, как нож засел в сердце. За что? За что Огнедышащие так поиздевались над ним? Никогда раньше он не чувствовал такого почти непреодолимого влечения. Отвести взгляд от ее губ уже было сродни подвигу! Близость лиц сводила с ума ещё сильней объятий и необъяснимой, но прекрасной магической связи.
Но что он мог предложить Вере? Чем таким особенным мог бы прельстить? Причем заинтересовать настолько, чтобы она отказалась от желания вернуться домой! Ответа не было, как не было у Дэрека и права даже мечтать о Вере!
Девушек-дракониц меньше, чем мужчин. Одно из проклятий Эвлонта после катастрофы, но удовлетворять потребности плоти помогали сам-андруны прислужницы и человеческие женщины, хотя в случае последних требовалось соблюдать особые предосторожности и платить за ночи удовольствия. Девушки-драконицы отличались переборчивостью, а их родители требовали не только золота в обмен на их согласие на брак, но и отдельных выплат самой невесте, чтобы в случае гибели мужа или развода драконица ни в чем не нуждалась.
По этой причине отец Дэрека мечтал о дочери, а не о сыне. Корвин Алистер часто вслух жалел о том, что послушал ныне покойную госпожу и из-за этого на сутки ошибся со временем зачатия.
— Выкуп за дочь был бы большим, — мечтательно повторял он.