Он особо обратил внимание на то, что мои щиты гасили даже запрещенные заклинания, а это, по словам отчима Дэрека, было под силу только очень опытным бойцам, доверяющим напарнику и не растрачивающим внимание на прочие опасности и атаку. Дэреку я доверяла безоговорочно и полностью, распределение ролей в бою произошло само собой, но и сейчас, по прошествии времени, казалось единственно верным и естественным.
Размышляя о третьем туре и прошедшей схватке, я понимала, что лучшее взаимодействие вряд ли показывала какая-нибудь другая пара за всю историю отборов. Мы с Дэреком подходили друг другу идеально, и бой стал новым тому подтверждением. Но не менее ясно мне было, что говорить об этом вслух жестоко. Я влюбилась в Дэрека и понимала это, а он пока не до конца осознавал, что между нами происходит. В таком случае оставалась надежда, что он легче перенесет неизбежное расставание.
Поглядывая на Дэрека, стараясь запомнить как можно больше деталей его образа и свои ощущения в его обществе, в который раз запретила себе думать о родителях, о семье, о друзьях, о Земле. Скучать и расстраиваться — неконструктивно. Нужно взять себя в руки и сконцентрироваться на главной задаче. Вернуться в родной мир, где все привычно и понятно, — хорошая цель, на достижение которой и стоит направлять силы. Это восстановление справедливости и баланса, ведь мне тут не место.
Утром врач отчитал меня за то, что я не выполняю его рекомендации и не лежу целый день с поднятой ногой. Стыдил, укорял и, что хуже всего, сказал, я не даю Дэреку восстанавливаться и отдыхать. И все это в присутствии мамы моего дракона! Та за меня не заступалась. Мои робкие слова о том, что Дэрек против моего общества не возражает, напоролись на потрясающий ответ.
— Вы излишне напористы, а господин Алистер не может противостоять будущей леди Льенер Оттос! Он не хочет настроить вас против себя, потому и потакает прихотям во вред своему здоровью! — сердито заявил лекарь. — Образумьтесь! Он серьезно ранен, дайте ему возможность поправиться!
Врач ушел, чудом не хлопнув дверью.
— Дэрек сам говорил, что ему приятно мое общество. Мы хорошо, очень хорошо ладим, — объясняла я маме Дэрека.
Она смущенно улыбнулась и тоном «а что ещё он мог сказать?» заверила, что все понимает, а мне не нужно так уж переживать из-за резкости лекаря. Оставшись наедине со своими мыслями, вынужденно признала, что и мама Дэрека, и доктор не так и неправы.
