Она действовала все слабей и слабей. Мама не жаловалась, она вообще не обсуждала со мной свои отношения с отцом. Просто семь лет назад она решила уйти.
— У нее кто-то появился? — предположила я, догадываясь, что женщина натерпелась от мужа унижений и оскорблений за многие годы, и в какой-то момент появление другого мужчины стало не прихотью, а необходимостью. Чтобы иметь отдушину, ощущать поддержку и позитивные эмоции.
— Да, появился, — кивнул Дэрек. — Впоследствии мама вышла за него замуж, но до развода отец попробовал ее вернуть и вызвал господина Айета, маминого… — он замялся, подбирая слово. Видимо, не хотел использовать «любовник», а «возлюбленный» по каким-то причинам не подходил, — поклонника на дуэль. Это был опрометчивый, скажем так, шаг. Господин Айет на четверть дракон, искусный боец, и дар у него сильней отцовского.
— Твой отец проиграл?
— Конечно. Я отказался быть секундантом, наблюдал за дуэлью со стороны, но отец об этом не знает. После дуэли был суд, в процессе я тоже отказался участвовать. Зачем отцу ещё одно свидетельство в пользу обвиняемого?
Он горько усмехнулся, вздохнул и допил свое вино.
— Ты меня заинтриговал, — признала я. — Что же было на дуэли?
— Отец и его секундант, Сатти Татс, отчим моей мамы, утверждали, что господин Айет использовал запрещенные дуэльным кодексом заклинания. Я же видел, что мамин поклонник больше защищался, чем атаковал, а бил не в полную силу. Я уверен, что мама попросила его не причинять отцу вреда. Господин Айет не мог знать, что разрешенное боевое заклинание, попав в татуировку, полностью ее дестабилизирует. Суд встал на его сторону. И я считаю, что это правильно.
— Да уж, история… — выдохнула я. — Ты поступил очень мудро, стараясь не вмешиваться в конфликт родителей.
— Спасибо. К сожалению, отношения с мамой спасти не удалось, — его голос прозвучал спокойно и ровно, но горечь, которую я и до того ощущала очень ярко, усилилась в разы.
— Почему? — спросила я, чувствуя, как в глазах начинает щипать, а горло неприятно сковывают слезы.
— После всего я остался с отцом. Я должен был… Она сказала, что не видит возможности продолжать общение. Я стараюсь уважать ее решение. Приходится. Ведь даже на письма она не отвечает.
По щеке побежала слеза, и я поспешно стерла ее пальцами.
— Дэрек, — сильней сжав его руку, просипела я.
Раздался стук. Три громких и требовательных удара. Дэрек встрепенулся, встал, бросил короткий взгляд на часы.
— Надо же, уже так поздно… Сейчас вернусь, — пообещал он и торопливо вышел из кухни.
Он возвратился с подносом через несколько минут, которых мне хватило, чтобы худо-бедно привести чувства в порядок. Услышав шаги Дэрека в коридоре, я прислушалась и к его ощущениям.