Автор
Вечером 10 июля 1913 года агент Иван Изралов из Службы при Secret Police исчез без следа. В Петербурге оживился голод, и полиция переживала кризисы, но эта пропажа вызывала удивление — ведь титулярный советник Левиков всегда доверял агентам. Изралов работал в Втором отделении наружной полиции, отвечая за участки, и его внезапная бесследная удача оставила шокирующий след в городской истории....
Похоже, «Уральское эхо» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Можно наблюдать оттуда, если сговориться с хозяевами. Ступай в управление, обсуди это с Рупинским.
– Я и сам туда собирался, – сообщил Азвестопуло. – Надо узнать одну вещь. Про вашего приятеля, между прочим. Я ведь его срисовал. Парень имеет особую примету: левый глаз сильно прищурен, а правый обычный. Пусть поскребут в картотеке.
– Особые приметы всегда нас выручали, – обрадовался Лыков. – Иди работай. А я до утра полежу, отдохну от города Екатеринбурга и его обитателей…
Грек ушел. Командированный вызвал прислугу и велел доставить в номер полдюжины пива и очки с синими стеклами.
Однако через час Азвестопуло неожиданно вернулся. Он сказал с порога:
– Две новости. Во-первых, насчет наблюдения за флигелем. Рупинский договорился с хозяевами дачи. Там есть сторожка, и внутрь посадят двух топтунов. Прямо с завтрашнего утра."
"– Дас ист гут. А вторая новость?
– Я нашел вашего приятеля в полупрусской фуражке.
– Вот как? – вскинулся статский советник. – Совпадение или он родственник того?
– Которого вы застрелили в Питере? Младший брат. Значит, у него к вам личный счет имеется.
Новость была важная. Граф Платов собирал под свою руку местное отребье. А сыщика филировал родной брат Двоедана, в которого Алексей Николаевич не так давно всадил две пули.
События между тем стали ускоряться. До приезда Лыкошина оставалось десять дней, когда поступило сообщение от жандармов. Они вычислили убежище товарища Авдея. Оказалось, что тот проживает не один, а при нем состоят еще трое мужчин суровой наружности. Не иначе, боевая дружина. И место они выбрали такое, что не подступишься.
