Автор
Вдоль реки Шексны к Волге, где мир Лизы ограничивался небольшой усадьбой дяди Гавриила Леонтьева, в которую она прилипала как ни хватай. Дядя был занят своими делами, не любившим тратить время на пустые прогулки, но Лиза нашла здесь спокойное укрытие. Няня Ольга Петровна, знающая об их особенности, видела в этом одиноких походах смысл и радость....
Его явно что-то беспокоит.
– Да? А я не заметила.
– Ты просто знаешь его хуже меня. Он очень сильно встревожен. Я попытался узнать у него, в чем дело. Но он сказал, что обязательно все мне расскажет, но позже, потому что пока сам не во всем разобрался.
– Мне кажется, что он расстроен из-за того, что у его сына роман на стороне.
– У Гриши? – Дорошин удивился так сильно, что Лена тут же решила, что все придумала. – Чушь какая-то. Он очень порядочный мальчик и трепетно относится к Павле. У него перед глазами всю жизнь был пример отца, а Эдик никогда не изменял жене.
Однако назавтра Виктор Дорошин не смог ничего выяснить у своего друга, потому что ночью Эдуард Киреев был убит.
Глава третья
Лена всегда просыпалась рано. Привычка выработалась еще с юности, поскольку вырастивший Лену дед был убежден, что долгий сон по утрам – признак распущенности и лени.
"Вот и сегодня она открыла глаза ровно в шесть тридцать, словно внутри сработал невидимый таймер. Наверное, так оно и было, по крайней мере, будильником она никогда не пользовалась.
Она скосила глаза на спящего рядом мужа. Под ее взглядом он шевельнулся, сонно спросил, не открывая глаз:
– Уже встаем?
Виктор Дорошин, в отличие от своей жены, любил поспать, вот только позволял это себе редко, практически никогда.
– Можем встать, можем остаться лежать, – лукаво сказала Лена.
Снизу доносились приглушенные голоса. Ну да. Так и должно быть. Вадим Горелов предупредил, что ему надо рано уезжать, а Татьяна, будучи тоже жаворонком, пообещала ему завтрак.
– Я предпочитаю остаться лежать, – сообщил муж, примерился и поцеловал Лену в белевшую в вырезе ночной рубашки шею.
