Автор
В дверном проеме кружится голова и ноги подкашиваются, как будто ты вылез из волны после мощного шторма. Встряхнувшись, оказываешься в полутёмной комнате с неуловимой хмельной свежестью воздуха. Какого черта? Я точно здесь? Неужели снова пропал в мир мечты?
Пошатнувшись, оглядывается на меня и кажется на лице мелькает изумление. А в следующий момент Диана со всего размаха полосует его громадным лезвием по горлу.
Списав стрелка со счетов, вытаскиваю ещё одну стрелу и, наложив её на тетиву, поворачиваюсь к последнему из местных, оставшемуся на ногах. Тот уже пытается достать Андрея, который неловко размахивает топором, но увидев моё движение, сразу же отступает назад. Бросает быстрый взгляд в сторону трупа своего недавнего товарища.
— Давайте остынем, а? Мы же вас просто хотели из леса вывести.
Саркастически кривлю губы.
— Конечно. Просто вывести из леса. Хочешь жить, завязывай со сказками! Что вы собирались с нами сделать? Почему тот ублюдок назвал Диану падшим ангелом? Где мы находимся?
Вижу, как нервно ходит вверх-вниз его кадык. Несколько секунд тот раздумывает, смотря то на меня, то на застывшего с топором в руках Андрея. Возможно прикидывает — не успеет ли быстро разобраться с нами обоими. Но в конце концов, всё же начинает говорить.
— Мы выживаем, как можем, пойми.
Рявкаю, обрывая его.
— Рассказывай!"
"Ненадолго заминается и снова пятится. Если это такая тактика отступления, то довольно странная — до ближайших деревьев ему бежать метров сорок. За это время, я успею сделать несколько выстрелов, наверняка попав в цель.
— Тёлок, тех, что получше, для секса. Остальных на разведение, для работы и как запас еды.
Мозг ещё обрабатывает информацию, а рядом слышится вопросительный голос Андрея.
— Для разведения?
Похоже парня почему-то смущает именно этот пункт. А глянувший на него копейщик, кивает.
— Дети это ресурс. Они же не отбраковка. Выращиваешь до двенадцати лет, отрезаешь голову или выковыриваешь сердце, потом тащишь к приёмнику. За особо ценную партию могут и эксклюзивную награду дать.
На лице появляется мечтательное выражение, а моё воображение уже рисует картину бойни двенадцатилетних, у которых вырезают сердца. Это сколько они здесь времени уже находятся, раз копейщик так спокойно оперирует промежутком в дюжину лет?
— Что за приёмник? Почему нужно сдавать голову или сердце? Где мы находимся?
Местный моргает и отвлекается от раздумий.
— Где находимся, где находимся. У вас свежих, всегда только один вопрос на уме. В жопе мы! В глубокой и беспросветной. И выбраться отсюда никак не выйдет. В Город иногда спускаются игроки, только где мы и где Город? А больше тут никого и не бывает. Да и всё равно подняться с ними нельзя.
