Автор
В дверном проеме кружится голова и ноги подкашиваются, как будто ты вылез из волны после мощного шторма. Встряхнувшись, оказываешься в полутёмной комнате с неуловимой хмельной свежестью воздуха. Какого черта? Я точно здесь? Неужели снова пропал в мир мечты?
Теперь он снова в “походном варианте” — верхние конечности стянуты за спиной, а нижние связаны так, чтобы мог передвигаться мелкими шажками.
Судя по выпученным глазам и активному мычанию, карлику не терпится что-то сказать, но кляп из его рта я доставать не спешу. Сейчас мне только не хватало безумного потока слов, который постоянно придётся прерывать.
Сначала хочу вернуть тесак в ножны и понести отрубленную голову Брета сам, но потом меняю точку зрения и навешиваю куртку на шею Толба, закинув связанные между собой рукава ему на шею.
Из зарослей он выходит первым — хорошо вижу, как машинально отпрыгивает назад один из делегатов. Второй, только что вытащивший топор из шеи убитого Старшего, поднимает голову и повторяет манёвр.
Шагнув следом, останавливаю взгляд на залитом кровью лысом мужчине, который уже отошёл от своего припадка боевого безумия и теперь стоит метрах в пятнадцати от нас, молча наблюдая за происходящим.
По-хорошему, стоит перекинуться с ним парой слов. Но рядом умирающая Аннет, которой, скорее всего, осталось немного, а мои собственные движения с каждой секундой становятся всё менее точными. Не поспешим и всё это может закончиться весьма печально.
Глянув на ту парочку, что занималась отрубанием голов, оцениваю их успехи. Один труп уже обработали — перепачканный в крови череп валяется на земле. Со вторым, насколько я вижу, заканчивают.
— Давайте быстрее! Заканчивайте!
Один приступает к работе, а второй вовсю пялится на карлика, на чьей шее висит окровавленная куртка с грузом внутри.
— Ты в норме? Ранен?
Не совсем то, что я хочу сказать, но начинать беседу с вопроса “А не слетел ли ты совсем с катушек”, кажется не очень логичным. Можно приказать Диане попросту вогнать в него стрелу. Но он, как ни крути, спас мою жизнь и пока не демонстрировал агрессии в нашу сторону.
Какое-то время тот молчит, наблюдая за мной.
— Это не моя кровь. Я в порядке.
Мельком посмотрев на своих коллег по несчастью, которые уже разобрались с трупом второго Старшего, кивает в их сторону.
— Зачем вам головы?
Вопрос вполне логичный. Значит мозги у него всё же работают. Угроза нервного срыва, само собой остаётся, но у кого её тут нет? Обстановка и чужие воспоминания в голове могу заставить поехать по фазе кого угодно, включая меня самого.
