Автор
Ир перевернулся на дурацкий листок? Теперь у нее новое имя и новый дом. Она даже получила титул - Леди Бэйбери, Графиня Бэйбери. Виктория прячется лицом в ладонях, воспринимая это как неправильное извращение. Месяц назад она жила обычной жизнью, но теперь все变了. Ей приходится терпеть пьяные выходки и гневных речей отца, хотя уже привыкла к этому....
В какой-то момент после занятий любовью ей показалось, что между ними и вправду возникла близкая связь. Она наслаждалась каждой секундой, лежа в его объятиях, разговаривая о прошлом, размышляя о том, что определяет будущее. Ее наполняли умиротворение и спокойствие – она редко чувствовала нечто подобное рядом с Джастином.
Но когда он использовал ее собственные слова против нее и велел ей поговорить с отцом, в то время как он точно знал, что она этого сделать не может… Она почувствовала себя глупой и опустошенной.
Экипаж остановился, но Джастин не двинулся с места – разве что придержал дверь закрытой, когда подошел грум. Он сверлил ее взглядом, и в неверном свете его глаза сверкали.
– Если ты хочешь злиться на меня – злись, я не стану спорить, – произнес он обманчиво мягким тоном. – Но в тот момент, когда ты выйдешь из кареты, ты начнешь играть роль моей преданной любовницы, поняла? Ты будешь танцевать со мной, смотреть на меня с вожделением и вести себя так, будто желаешь меня сильнее, чем кого бы то ни было на свете.
Виктория отвела взгляд. Ничего из этого ей не придется «играть». Вожделение, желание… они всегда приходят сами собой. Гораздо труднее – доверие и честность.
– Разумеется, – тихо ответила она. – Мои истинные чувства не имеют значения, я ничем не выдам нашего обмана и не поставлю под угрозу Хлою.
Он молчал, и Виктория чувствована его пристальный взгляд, но не решалась посмотреть на него. Наконец он распахнул дверь кареты и выбрался наружу.
Виктория вышла следом, опираясь на руку грума, и со вздохом взглянула на величественное здание, возвышавшееся перед ней. Еще одна ночь, когда ей придется играть роль! С каждой неудачей в поиске информации это становилось все труднее и труднее.
Но сегодня она, по крайней мере, не одна.
Она шагнула к Джастину. Боже милостивый, какой красив в темно-зеленом сюртуке и жилете в тон. Ветерок слегка растрепал его волосы, и от этого он выглядел немного по-хулигански.
Виктория прерывисто вздохнула и взяла его под руку – не осторожно, как подобает леди, а фамильярно и чувственно: обвив руками его бицепс, она прижалась к нему грудью и устремила на него влюбленный взгляд.
Он вздрогнул от прикосновения и посмотрел на нее.
