Автор
Ир перевернулся на дурацкий листок? Теперь у нее новое имя и новый дом. Она даже получила титул - Леди Бэйбери, Графиня Бэйбери. Виктория прячется лицом в ладонях, воспринимая это как неправильное извращение. Месяц назад она жила обычной жизнью, но теперь все变了. Ей приходится терпеть пьяные выходки и гневных речей отца, хотя уже привыкла к этому....
Что он всегда будет ее бросать. Но нет. Он больше не позволит ей так думать.
– Я всегда буду приходить за тобой, – прошептал он.
Голос подвел его.
– Хорошо, – сказала она и снова закрыла глаза."
"Виктория кивнула доктору, который все бубнил и бубнил. Она лежала на огромной кровати в доме Джастина. Уже несколько часов прошло с тех пор, как она очнулась здесь. В ушах шумело неимоверно, а разум будоражили странные фантазии: будто Джастин сказал, что любит ее.
Доктор сделал кучу предостережений, строгих увещеваний и наконец-то откланялся.
– Хлоя! – воскликнула она.
К ней бросилась красивая белокурая женщина с темно-карими глазами. Она то ли рыдала, то ли смеялась. Они долго молчали, сжимая друг друга в объятиях. Чувства мешали внятно говорить.
Виктория открыла глаза и обнаружила, что Мара стоит поодаль, у двери. Хотя она улыбалась, на ее лице застыло странное выражение – отчуждения и напряженности.
– Мара, подойди к нам! – позвала она, когда Хлоя заставила себя разомкнуть объятия и села на кровать у нее в ногах.
Мара рассмеялась:
– Я обнимала Хлою почти час – с тех пор как Уиттинхем привез ее сюда. Но я не позволила ей ничего рассказать. Я подумала, что после всего, через что мы прошли… – она запнулась, – и чем пожертвовали, мы заслужили право выслушать ее историю вместе.
– Да, объясняй! – улыбнулась Виктория.
И Хлоя, теребя оборку платья, принялась тихонько рассказывать: как влюбилась в Уиттинхема, как Эвенвайс стал преследовать ее и как, в конце концов, Алисса и Уиттинхем помогли ей бежать.
– Я говорила Алексу, что вы будете волноваться, но он не хотел рисковать и не позволил мне написать вам, пока Эвенвайс продолжал искать меня. Я ни за чтобы не подумала, что вы приедете сюда, чтобы разыскивать меня. – Голос ее дрогнул. – Мне так жаль, что я подвергла тебя опасности, Виктория. Пожалуйста, прости меня, прости!
Виктория взяла подругу за руку, нежно пожала ее пальцы:
– Я готова рисковать, сколько понадобится, лишь бы ты вернулась домой целая и невредимая.
Она улыбнулась: это правда. Опасность все расставила по местам у нее в голове. Возможно, Джастин никогда не полюбит ее в ответ, но любовь к нему больше не причиняла ей боли. Эта любовь – много больше, чем некоторым дано испытать за всю жизнь.
– А что с Эвенвайсом? – шепотом спросила она. При мысли о побоях ее охватила дрожь.
