Автор
Ир перевернулся на дурацкий листок? Теперь у нее новое имя и новый дом. Она даже получила титул - Леди Бэйбери, Графиня Бэйбери. Виктория прячется лицом в ладонях, воспринимая это как неправильное извращение. Месяц назад она жила обычной жизнью, но теперь все变了. Ей приходится терпеть пьяные выходки и гневных речей отца, хотя уже привыкла к этому....
Воспоминания о первой – и единственной – брачной ночи помогли ей понять, насколько великолепный образчик Джастин Толбот.
Ее ладони ныли от желания коснуться его. Ей нестерпимо хотелось испробовать все запретные ласки, о которых она читала и слышала. Она перестала быть наивной, застенчивой девушкой. Виктория знала, чего хочет.
Джастин приблизился к кровати. Его желания отражались в каждой черточке напряженного лица. Матрас прогнулся под его весом, а потом он накрыл ее своим телом и прижался ртом к ее губам.
Виктория обвила его руками. Ее ладони скользили по его рельефной спине, будто она старалась впечатать в память карту его тела. Его мышцы вздымались и свивались под ее пальцами. Она с упоением ласкала его спину, поясницу и упругие ягодицы – так же как и он несколькими минутами раньше.
Джастин со стоном выбросил бедра навстречу ей и проник в ее влажное ущелье – нарочно неглубоко.
"Виктория потерлась грудью о его грудь и ощутила, как рвется тонкая ниточка его самоконтроля. Джастин едва слышно выругался и коленями раздвинул ей ноги. Его напряженное естество скользило вдоль чувствительного узелка, даруя ей особое удовольствие.
Потом он замер и посмотрел ей в глаза.
Весь мир, казалось, перестал существовать. Время остановилось.
– Джастин, – прошептала она, впиваясь пальцами ему в спину.
Он закрыл глаза и с хриплым криком овладел ею одним резким движением.
Истосковавшееся тело Виктории с радостью приняло его в себя. На этот раз она совсем не чувствована боли, только сладостную наполненность, которая затопила ее всю. Внизу живота вновь поднимались волны наслаждения.
Он во второй раз прошептал проклятие, вышел и резким толчком вошел в нее снова.
И в отличие от первой ночи Виктория знала, что делать. Она очень долго грезила об этом. Она поднималась навстречу каждой яростной, страстной ласке. Их тела одновременно сливались и боролись друг с другом.
