Автор
Ир перевернулся на дурацкий листок? Теперь у нее новое имя и новый дом. Она даже получила титул - Леди Бэйбери, Графиня Бэйбери. Виктория прячется лицом в ладонях, воспринимая это как неправильное извращение. Месяц назад она жила обычной жизнью, но теперь все变了. Ей приходится терпеть пьяные выходки и гневных речей отца, хотя уже привыкла к этому....
Их новая сделка… Она могла с ней жить. И даже больше чем просто жить. Но она никогда не забудет, что помощь Джастина, его подарки имеют свою цену. И даже если она рада заплатить ее, это все равно не искренняя щедрость.
Со вздохом Виктория разъединила их тела и встала, чтобы найти платье.
– Подготовиться? – переспросила она, надеясь, что голос ее звучит равнодушно и прохладно.
– Во-первых, тебе нужно будет переехать в один из моих домов в центре города, – ответил Джастин с едва слышным вздохом.
Пока он пытался расправить их, Виктория украдкой бросила на него взгляд. Длинные, мускулистые руки и ноги, стройное тело, кривая усмешка. Какой же он… красивый.
Ее предательское тело тут же намекнуло ей, что оно не прочь опять с ним слиться. Оставалось только надеяться, что новая сделка поможет утолить эту бесконечную жажду. Когда-нибудь они должны устать друг от друга.
– Завтра я помогу тебе перебраться в более подходящее место, – продолжил он.
Его слова пробились сквозь туман вожделения, затмивший ее сознание. Виктория отпрянула.
– Перебраться? Зачем?
Он поднял бровь и принялся надевать брюки.
– Потому что, моя дорогая, моя любовница не стала бы жить в Сохо, и это жилище подходит ей не больше, чем мне.
Виктория улыбнулась.
– Я бы поселил ее в лучших апартаментах и хвастался бы ею перед всеми друзьями и знакомыми, чтобы они восхищались ею и завидовали мне.
Виктория не могла придумать аргумента против.
– Очень хорошо. Я велю слугам готовиться к отъезду.
Она подавила вздох – Джастин застегнул последние пуговицы на рубашке и надел жилет. Если не считать помятой одежды, их соитие не оставило на нем следов. В отличие от нее самой.
– Кроме того, я должен удостовериться, что ты и твоя вредная подружка Мара находитесь под надежной охраной, – задумчиво добавил он, обращаясь больше к себе, нежели к ней.
Виктория задрожала. Слово «охрана» вызвало в воображении множество неприятных картин. Она не желала попасть в темницу.
