Автор
В роковом моменте, Свешников подступился к столу с неоплаченными счетами и просроченными векселями. Мать вернулась домой с внучкой, приковавшей внимание благодаря излишней любви и ласкам — восемилетнюю девочку, которая за это время превратилась в совершенно другуюperson. Внутренняя атмосфера наполняется тревогой и непредвиденностью, как будто весь мир держится на волоске....
Дедушка занимался ее пострадавшей писечкой, вытирал кровь, прикладывал к свежей ранке тампончик из ваты, и вскоре кровотечение прекратилось, оставив только небольшое бурое пятно на простыне под попкой.
Он перенес Наташу в спальню, уложил, и укутав теплым одеялом, сел рядом. Они молчали. Наташа взяла его руку и прижалась к ней щекой. Так она и уснула, цепко держа пальчиками грубую мужскую ладонь, а он, осторожно освободившись, поцеловал внучку.
— Спи, моя партизанка милая… Ничего не сказала… — и он тихо ушел на кухню, по пути выключив ненужный телевизор, шипящий пустым экраном.
Несмотря на усталость и тяжесть во всем теле, спать не хотелось. Игорь Сергеевич курил, назло собственному сердцу, роняя пепел прямо на пол, и ждал звонок в дверь (телефон еще до прихода Наташи он выключил). Таяли сигареты, тикал будильник. Часы в гостиной глухо стукнули половину первого ночи, и сразу грянул звонок.
Свешников встал, сжал кулаки и, не спеша, пошел, словно осужденный на эшафот, готовый ко всему и на все.
Их взгляды встретились в немом единоборстве. Лицо дочери посерело и осунулось, в глазах застыла боль. Печаль и презрение. Он выдержал ее взгляд, испытывая все, кроме страха, с которым сегодня покончил навсегда. Елена отвернула лицо вбок, потом медленно повернулась, и только тут Свешников заметил у двери на лестничной площадке два чемодана.
Дочь уходила. Сделав шаг на первую ступеньку, она замерла, повернулась и, не глядя на отца тихо, но внятно проговорила:
— Будьте вы прокляты!"
"Ошарашенный, он стоял на пороге. Пока внизу не хлопнула дверь подъезда, и не завелся мотор у такси. Он внес чемоданы. Сверху лежала розовая мохеровая кофточка на восьмилетнюю девочку по имени Наташа! Он схватил и поднес к лицу этот пушистый, еще холодный с улицы, ароматный комочек и задохнулся от неимоверного счастья в голове.
— Будьте вы прокляты… БУДЬТЕ ВЫ СЧАСТЛИВЫ!
Спи, милое дитя!Я сон твой сберегу,На страже буду до рассвета.Жизнь — океан, а мы на берегу.Ты сладко спишь,Моим теплом согрета.Когда вчера остались мы одни,На зыбкой грани баловства и страсти,Ты, мне принадлежав, дарила счастье,И заигралась.БОГ ТЕБЯ ХРАНИ!"
