Автор
В роковом моменте, Свешников подступился к столу с неоплаченными счетами и просроченными векселями. Мать вернулась домой с внучкой, приковавшей внимание благодаря излишней любви и ласкам — восемилетнюю девочку, которая за это время превратилась в совершенно другуюperson. Внутренняя атмосфера наполняется тревогой и непредвиденностью, как будто весь мир держится на волоске....
— Ната, милая! — Они стояли в шумном школьном коридоре, мимо проносились мальчишки, чинно шествовали старшеклассницы, а девчонки помельче — жались к подоконникам, то, вспрыгивая, то, сползая с них своими аппетитно-кругленькими попками. Наметанный глаз учителя тут же подмечал самых-самых, с которыми уже хотелось…
Отговорить Наташу от этой затеи стоило большого труда. Она проводила деда до двери и даже выскочила на крыльцо, чтобы махнуть рукой на прощание, но, зябко ежась, быстро убежала с мороза внутрь.
Подготовив таким образом поле боя, Игорь Сергеевич стал ждать, благо было кому скрасить одиночество.
— Ой, дядя Игорь, дайте я хоть пальто сниму! — смеялась Олечка, охотно уступая и не противясь его горячему чувственному напору.
— Ни в коем случае! — Голос мужчины возбужденно подрагивает в предчувствии новой увлекательной игры с послушной пленительной детской плотью.
Присев на корточки, Игорь Сергеевич стягивает разом все, что надето на ней ниже пояса, до колен, дергает молнии, снимает сапожки, освобождает ее ступни и снова обувает сапожки на босу ногу. Оля приседает и подбирает комок своего белья, а он ведет ее к большому зеркалу.
Она переводит взгляд с учителя на свое отражение: так странно видеть девочку одетой в зимнее пальто, шапку, с шарфом на шее и теплыми сапогами на голых ножках. Затаив дыхание, Олечка следит в зеркале, как дядя Игорь, присев на корточки, гладит ей ноги, поднимаясь все выше, задирает непослушную грубую ткань пальто и подол школьного платья, обнажает бедра до самого верха. Это настолько возбуждает пятиклассницу, что она, обросив вякий стыд, начинает мастурбировать через рейтузы. Он тоже смотрит в зеркало на ее, трогающие писю, пальцы.
— Нет, не так! Встань-ка… — Повернув Олю к себе задом и заставив наклониться, учитель откидывает на спину пальто и платье, задирает повыше майку, потом, отойдя на два шага, любуется открывшимся зрелищем.
