Героиня ненавидит своего соседа — красивого и назойливого мужчину, который постоянно шумит с девушками и помехой стоит её мечтам о настоящей любви. Но что скрывается за маской ненависти? История о том, как тонкая грань между ненавистью и страстью может стереться в один миг.
Говорят, это примета руководителя. Только коллектив решил расслабиться немного, выпить по рюмочке — руководство тут как тут, притом даже в нерабочее время. У нас в компании были куда более свободные правила, но закон внезапности работал безотказно, не зря же его придумали.
И сегодня я пришел… вовремя я пришел. Очень вовремя.
Первое, что увидел, когда пошел в сторону гостевой зоны — очаровательные ножки новой сотрудницы. Без туфель. В метре от пола. Катя по-домашнему уютно улеглась в кресле, подложив под спину подушки, и, эротично покусывая губу, рисовала на планшете.
Длинные волосы она собрала в неаккуратный пучок на голове, но смотрелась при этом как самая желанная девушка в мире!
Судорожный вздох. И она поднимает на меня свой невероятный взгляд. Пугается. Распахивает в немом ужасе рот. Роняет стило и прижимает планшет к груди двумя руками.
Не могу оторвать от нее взгляда. Не хочу. Но и доставлять неудобство красавице тоже не желаю.
Присел рядом с креслом, чтобы достать оброненную ручку для рисования, и услышал ее частое дыхание. Грудь вздымалась и опускалась в рваном ритме. Катя пыталась прийти в себя, но удавалось это, прямо скажем, с трудом.
— Держи. — Это у меня такой хриплый голос? Пришлось откашляться. — Что рисуешь? Рамки? Или уже с ними определились? Покажи.
Вполне невинная тема, но Катя молчит. Щеки наливаются цветом словно спелые яблочки. Тонкие пальцы еще сильнее сжимают планшет.
Когда моя рука тянется к планшету, кажется, девушка вся сжимается в комочек, а глаза ее становятся еще больше. Но стоит только коснуться ее кожи, как она одергивает руку.
Забираю планшет. Переворачиваю. Смотрю на экран.
Да, Катя, лучше бы ты рисовала рамки для диалогов зверушек. Тогда у меня был бы шанс остаться здравомыслящим человеком и руководителем. Но не теперь.
Я сглотнул набежавшую от предвкушения слюну.
Ты попалась, девочка. Моя сладкая маленькая притворщица.
— Я… я просто тренировалась, — прочистив горло, заявила Катя, выпрямляясь в кресле и опуская ноги на пол. — Хочу попросить у Гоши задействовать меня в какой-нибудь более взрослой игрушке, а у вас там сплошные полуголые герои…
— И поэтому ты рисовала меня? — не могу не улыбаться, когда задаю вопрос.
— Я недавно тебя видела бегающим и без одежды. У меня не так много натуры.
О, этого добра я тебе предоставлю сколько угодно! С утра до вечера готов позировать. Так, стоп. Что там она сказала? Не так много? Кто?!
— Ну, если надо для дела, я готов, — подмигнул ей, надеюсь, не очень развязно.
