В усадьбе леди Анны жарится непредсказуемая атмосфера. Здесь любовь и зависть соседствуют с тревогой и надеждой — как в дневнике главной героини Любочки, секретаря директора. Каждый шаг приводит к новым загадкам и открытиям, заставляющим задумываться о судьбе усадьбы и ее последователях....
Анна засуетилась, позвонила горничной, потребовала еды.
-- Садись, Максимилиан.
-- Я решил сперва навестить тебя, а потом уже ехать отсыпаться. Не хотел, чтобы ты нервничала зря. Писать не имело смысла: я все равно приехал бы почти одновременно с гонцом.
Ел он жадно, даже небрежно, глотая куски и почти не жуя. Наконец, насытившись, попросил холодного взвару. Почему-то горничная не принесла ему даже вина.
-- От горячего разморит сильно, Анна, – как будто извиняясь, сказал он, отхлебывая из ее кубка.
-- Максимилиан, я хотела спросить… Там, во дворце… Там все живы?
-- Пока все, – последовал лаконичный ответ.
Анна торопливо устроилась в кресле, внимательно глядя на мужа. «Уставший очень. И ведь приехал ко мне, хотя мог просто записку послать.».
-- Как ты знаешь, все посольства немного занимаются шпионажем.
Фраза была настолько неожиданной, что Анна вздрогнула и глупо переспросила:
-- Посольства? А при чем здесь…
-- В состав эспанского посольства входят два святых отца.
-- Падре Амбросио? – Анна честно пыталась вспомнить. И дядя-герцог, и мастера макияжа, и даже эспанские падре, вынимающие душу на исповеди, остались в прошлом. В неприятном прошлом, которое она старалась забыть. – Ах, да! Я познакомилась с ним в монастыре. И он, помниться, даже заступался за меня.
-- Так вот, падре Амбросио оказался значительно умнее своих предшественников.
-- Кто? – у Анны даже пальцы на ногах непроизвольно поджались, настолько этот рассказ нервировал ее.
