В усадьбе ожившего мрака Танюшка оказывается в плену страшной тайны. Григорий несет ответственность за выживших, а Влас сталкивается с необъяснимыми угрозами. Неизвестное зло пробуждается, и каждый участник проходит испытание, пытаясь сохранить рассудок.
Раздел Chitat.online для книги «Усадьба ожившего мрака» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В усадьбе ожившего мрака Танюшка оказывается в плену страшной тайны. Григорий несет ответственность за выживших, а Влас сталкивается с необъяснимыми угрозами. Неизвестное зло пробуждается, и каждый участник проходит испытание, пытаясь сохранить рассудок.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В усадьбе ожившего мрака Танюшка оказывается в плену страшной тайны. Григорий несет ответственность за выживших, а Влас сталкивается с необъяснимыми угрозами. Неизвестное зло пробуждается, и каждый участник проходит испытание, пытаясь сохранить рассудок.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
По зеркалу трещины, а по его порезанной руке – кровавые ручейки. Они стекали на пол, попадали на стремительно мутнеющую зеркальную гладь, прожигали в ней дыры. В дыры можно было просунуть пальцы, разорвать эту оказавшуюся хрупкой преграду. Митяй не медлил и даже на холод, сковавший руки до локтей, не обращал внимания. Митяй яростно рвал тонкую мембрану между мирами.
В подземную пыточную он не вошел, а провалился, как Алиса из маминой сказки в кроличью нору. Провалился, упал на сырой каменный пол, больно стукнулся головой о стену, затаился.
Над стеклянным гробом стояли двое. Тот самый Рихард Штольц, который оперировал Танюшку, и фон Клейст. Сердце испуганно сжалось и пустилось в галоп. Оно ухало так громко, что Митяй испугался, что эти двое могут его услышать еще до того, как успеют заметить.
Не услышали и не заметили. Это был их общий с Танюшкой сон, они тут были хозяевами. На секунду Митяй подумал, что на самом деле это для него сон, а для Танюшки воспоминания, к которым он сумел протоптать дорожку через анфиладу одинаковых гулких комнат.
– Препарат заканчивается, – сказал Штольц.
Он смотрел не на упыря, а на лежащую в своем стеклянном гробу Танюшку. Этот прозрачный ящик и в самом деле был похож на гроб. Может быть, из-за стеклянной крышки, которой он теперь был накрыт?
– Найдите еще, – велел фон Клейст.
Он тоже смотрел на Танюшку. Во взгляде его был… голод. Вот только голод этот был иного рода. Как сказала бы мамка, видит око, да зуб неймет. Такое мучительное и зудящее чувство недоступности того, что, вроде как, уже в твоих руках. Митяй не понимал, откуда в его голове эти злые, взрослые какие-то мысли. Не знал и не собирался выяснять. Он смотрел и слушал.
– Я делаю все, что в моих силах. – Штольц закашлялся, отступил и от стеклянного гроба, и от фон Клейста.
– Делайте то, что сверх ваших сил, – сказал фон Клейст и кончиками длинных, похожих на когти ногтей провел по крышке гроба. Послышался омерзительный звук, словно кто-то царапнул металлом по стеклу. – Вы сами сказали, что она пыталась проснуться.
– Только однажды! Уверяю вас, я тут же решил проблему.
– Решите ее окончательно!
Фон Клейст вперил в Штольца взгляд, улыбнулся, обнажая острые клыки. Штольц сглотнул, но не сдвинулся с места. Пальцы его безвольно свесившихся вдоль туловища рук мелко подрагивали, как паучьи лапки.
– Эта девочка не должна просыпаться ни на секунду, – прошипел фон Клейст.
– И если вдруг вам не удастся справиться с возложенной на вас миссией, вы окажетесь на ее месте. Вы хотите на ее место, герр Штольц?
Все-таки Штольц отшатнулся, ударился бедром о стеклянный гроб, от чего тот мелко завибрировал. Митяй костями почувствовал эту вибрацию.
– На сколько дней осталось лекарства? – спросил фон Клейст уже другим, деловым тоном.
